«Невозможно будет быстро перекинуть силовые подразделения из России в эксклав, находящийся в кольце стран НАТО,» — уверен калининградский историк Семен Бессонов. Не Чечня и не Дагестан являются первыми кандидатами на выход из РФ, а мирная Калининградская область, с которой и начнется распад России, как считают многие аналитики и политологи.
«Как только начнутся демонстрации, НАТО запретит пролет российским военным над своей территорией под предлогом предотвращения кровопролития. Областные же власти уже сейчас имеют гарантии от западных соседей, поэтому понятно, что они только поддержат требования о независимости.» — уверен Бессонов.
Мнение историка разделяет старший научный сотрудник Московского центра Карнеги Алексей Малашенко, который считает, что распад России начнется по экономическим и политическим причинам с этнически русских регионов — таких как Калининград.
Еще при вьезде в Калининград с востока видно значительное влияние бывшего хозяина этих земель — автосалон «Кёнигсберг», автомастерская «Берлин», лучшими окнами являются «самые популярные в Германии», а немецкое стало синонимом качественного. Экономически жители области все более привязаны к Польше и Литве, а не к РФ, где многие из них даже не бывали. «Нам в Россию сьездить в несколько раз дороже и сложнее, чем к соседям, да и что там делать?» — говорит житель Калининграда Антон. Именно так — в Россию — называют поездку на большую родину, как будто Калининград уже не является частью РФ. Во многом это так и есть: самая частая реклама на городских автобусах — это поездки в Гданьск:
Благодаря соглашению о приграничных поездках с Польшей и Литвой без особой помпы и освещения в СМИ вся Калининградская область стала приграничным районом и получила возможность безвизового перемещения по приграничным регионам Литвы и Польши. «Происходит ползучая аннексия Калининграда Евросоюзом, — говорит Семен Бессонов, — Все эти люди, которые получили карточки на безвизовость, уже не захотят от этого отказаться. Каждую неделю они ездят в Польшу закупаться продуктами, которые там дешевле и качественнее, а потом возвращаются назад и видят разницу в уровне инфраструктуры и т.д.. Естественно, их уровень требований к властям растет, и тут начинается формирование запроса на выход из состава РФ. Культурно они перестают быть русскими. Соглашаться на безвизовость для Калининграда было гигантской ошибкой российских властей.»
Выражением этого запроса стало появление Балтийской республиканской партии. Мы разговариваем с ее лидером Рустамом Васильевым, который уже пострадал за идею: в 2010-м году ФСБ возбудило против него уголовное дело по причине незаконного использования специальных электронных средств — занимался установкой охранных сигнализаций и систем наблюдения:
Хотя ему и грозил реальный срок, дело закончилось условным, но взгляды Рустама значительно смягчились. Сегодня активисты партии уже не требуют полной независимости Калининградской области, и согласны ограничиться лишь автономией от РФ. «Калининград мог бы стать хорошей платформой для сотрудничества ЕС и России — посмотри, например, на Гонконг,» — говорит он. Партия по полной использовала последнюю общественную дискуссию о возврате городу исторического имени — Кенигсберг. Например, по городу были расклеены стикеры и т.д.. Васильев считает, что в Калининграде сформировалась особая идентичность, отличная от русской, — балты.
Многие калининградцы согласны с тем, что «в России» все по-другому, и старательно подчеркивают свою особую, более «европейскую» идентичность. «Общественные, гражданские вещи у нас тут происходят с опережением по сравнению с Россией из-за большей близости к Европе», — говорит активист движения по защите памятников архитектуры Максим Михайлов. «У нас тут и машины пешеходам дорогу чаще уступают, чем в России,» — вторит ему Антон. Одним из проявлений этой европейскости калининградцев является более живая и активная по сравнению с большой Россией политическая сцена — помимо того, что даже сепаратистам здесь находится свое место, в антиправительственных демонстрациях декабря 2011-го года здесь приняло участие больше людей, чем в Москве (относительно численности населения).
Все эти процессы не остались незамеченными со стороны ЕС: с начала 2000-х годов в Калининграде открылись консульства всех основных стран Евросоюза, подчеркивая значение этого эксклава — ни один город РФ со сравнимым населением не может похвастаться таким вниманием Европы. С военно-политической точки зрения Калининград представляет собой важнейший форпост России и базу флота внутри стратегически важного Балтийского региона. Ликвидация Калининграда и его инкорпорация в состав ЕС как самостоятельного государства или части Польши является необходимостью для стран НАТО с военно-политической точки зрения. На деньги ЕС реализуются многие инфраструктурные проекты, например, строительство очистных сооружений, дорог и т.д.. И именно Польша наиболее активно продвигала возможность безвизового въезда для жителей Калининградской области в свои приграничные районы.
Региональные власти в Калининграде находятся в сложном положении — им необходимо лавировать между Москвой и соседями по Европе: по тону успокоительных публикаций местной прессы видно, как старательно они пытались избежать конфронтации с Литвой во время последнего российско-литовского торгового скандала. Между строк читалось: мы тут ни при чем, мы друзья, это они там, в Москве, совсем с ума сошли. Очевидно, что свободные выборы губернаторов ослабят лояльность региональных властей Кремлю и усилят привязки на местном уровне. Искушение велико — встать во главе хоть и небольшого, но самостоятельного европейского государства выглядит заманчиво даже для самых промосковских чиновников. Встречи с политиками соседних стран на местном уровне, неформальные экономические связи, гарантии поддержки со стороны ЕС — все это неизбежно размывает самую стойкую верность далекой и нестрашной Москве.
«Видишь ли, — говорит Бессонов, — у нас беспрецедентный уровень иммиграции из России в область сейчас. Богатые москвичи, питерцы покупают себе землю и строят целые коттеджные поселки. Это прямо какое-то переселение элиты. Для них даже отличную четырехполосную трассу из аэропорта прямо до побережья выстроили, чтобы они быстро к себе могли попасть. И это в большинстве своем люди влиятельные и информированные. Мне кажется, что решение сдать Калининград наверху уже принято…»
