Итак, я ошибся, предположив некоторое время назад, что Запад всё же решился перехватить у Путина инициативу в его войне против Украины и утверждая, что оборонительное оружие сюда вскоре будет поставлено — именно во время перемирия, что наиболее логично. Казалось, что президент США никак не может проигнорировать мощнейшее давление своего парламента, причем, от обеих партий. Но Обама и на этот раз не изменяет своей малахольности, демонстрируя все большую гибкость позвоночника.
Я же, наконец, получил ответ на свой давний вопрос, для чего Башар Асад применял против оппозиции химическое оружие? Помните ту ситуацию? Вначале, когда оппозицию еще представляли вполне адекватные люди, Обама никак не мог решиться ее поддержать хотя бы оружием. Потом тон в ней стали задавать сумасшедшие бородачи и все еще больше усложнилось: ну как поддерживать этих головорезов и мракобесов, рядом с которыми и Эль Каида — символ толерантности и прогресса? Но всё же, арабские союзники США давили, указывая на многочисленные жертвы среди мирного населения. И Обама выступил с ультиматумом: применишь ОМП — ударю. Ультиматум этот звучал как анекдот, ибо превосходство правительственных сил в вооружениях (спасибо, Вова!) было тотальным и никакой нужды в химоружии не было. Фактически ультиматум означал: убивай, сколько хочешь, Башарчик, я не влезу — только позволь мне чуть-чуть лицо сохранить.
А потом вдруг выяснились случаи, что Башар и на этот символический запрет плюет. И многие, в том числе и я, изумились: ну зачем ему дергать за усы дремлющего тигра, способного убить дурака ленивым взмахом лапы? Сегодня я понимаю: низачем. Нужно это было не Асаду, а его плешивому патрону — он проверял степень малахольности Обамы, его способность утираться после плевков и игнорировать оплеухи. И установил, что она безгранична.
Крым, Донбасс — это лишь последствия тех выводов — к сожалению, безошибочных. Да, малахольный болтун на посту лидера свободного мира — это беда. Жить на шарике становится не в пример опаснее.
И еще немного о западном оружии.
Надежда на то, что оно позволит выиграть войну с ДНР-ЛНР — совершенная наивность. Ибо противостоит Украине на Донбассе Россия, а ее военный потенциал многократно больше, чем нам пока что демонстрируется. Такая же наивность — надежда, что беспилотники, Джевеллины и прочее высокоточное оружие позволят увеличить количество жертв с российской стороны и уменьшить с украинской. Возможно, соотношение и впрямь изменится в нашу пользу, но можно не сомневаться, что это лишь заставит Путина существенно поднять уровень противостояния, так что, количество жертв возрастет и у нас — возможностей у него достаточно. Более того, если он столкнется с трудностями в этом вопросе, то просто изменит формат войны, задействовав в ней и ВВС — чего пока еще не произошло. Разумеется, это потянет за собой реакцию Запада, а именно таких непредсказуемых последствий он (Запад) и пытается избежать.
И при всём этом, утверждение многих западных политиков, что президент Порошенко тоже не видит военного решения проблемы и поэтому оружие Украине поставлять незачем — чистейшее лукавство. Дело в том, что испробованные ранее методы умиротворения агрессора желаемого результата пока не дают. Что изменится в результате поставки оружия Украине? Однозначно возрастет поток грузов 200 и 300 в Россию, что, на фоне продолжающегося экономического кризиса, вполне может привести к волне недовольства войной со столь невыразительными и сомнительными целями. Кроме того, резко уменьшится шанс для военнослужащих вернуться из командировки «одним куском», что вряд ли поднимет их мотивацию. То есть, возникнет проблема комплектования контингента. В общем, в этом случае «поднятие цены» за агрессию вполне может оказаться Путину не по карману.
— А что же Украина, — спросит скептик. — Разве ее жертвы будут меньше?
В том и дело, что для украинцев эта война — и отечественная, и за независимость. И они готовы заплатить за это едва ли не любую цену. Потому и будут благодарны, если западные союзники перестанут кривить душой, утверждая, что едва ли не осчастливливают украинцев своим безграничным «миролюбием».
