Путин в Сирии решил остаться
Пункт первый: есть все основания полагать, что это не просто пиар-операция для внутреннего потребления и международного сообщества (постреляли ракетами и домой), а что Россия серьезно втянулась в конфликт с целью решить главную задачу — сохранить у власти Башара Асада. Вот два простых соображения, почему это так:
За годы противостояния Асад не просто растерял большинство территорий, но его армия находится в ужасающем состоянии, испытывая банальный дефицит живой силы. Сам воевать он категорически не в состоянии, прикрытие с воздуха в этом плане мало что решает (см. ниже). Было ясно, что в обозримое время его «додавят». Автор этих строк видит главную мотивацию вмешательства Путина именно в этом — потерять такой плацдарм на Ближнем Востоке Путин не хотел.
Путин не может просто так взять, пострелять и уйти, так как во многих действиях и комментариях явно прослеживается, что действия в Сирии являются результатом де-факто создания двойственного союза России и Ирана, которые вдвоем вознамерились решить задачу сохранения Асада у власти. Просто пострелять и уйти — значит вызвать гнев у своего новоявленного «союзника», Тегерана, который в этом случае останется один на один с широким кругом врагов и будет страшно зол на Путина. Учитывая, что Путин на сирийской почве категорически разругался со всеми основными региональными державами — Турцией, Саудовской Аравией, Катаром — потеря последнего крупного «союзника» в регионе, на которого он сегодня сделал ставку, будет для него катастрофой. (Про шиитское руководство Ирака не надо иллюзий: оно тесно координирует действия с Ираном и по своей воле под Путина ложиться не будет.) Ради сохранения новоявленного партнерства с Ираном Путин теперь не сможет просто так уйти из Сирии — «союзничек» будет подталкивать его к расширению операции, угрожая разрывом и битьем посуды.
В целом, Иран мастерски втянул Россию в этот конфликт, спекулируя на антиамериканских фобиях Путина. Теперь, вероятнее всего, мы выясним, что вход стоил рубль, а выход — даже не два, а боюсь себе представить эту сумму. У нас и с Китаем отношения строятся точно по такой же схеме: сначала мы перед ними пресмыкаемся и что-то отдаем, потом ждем, будет ли от этого выгода. Ни тут, ни там выгодой пока не пахнет.
Почему только лишь одни авиа- и ракетные удары в Сирии не сработают, думаю, довольно понятно. В принципе это доходчиво изложено, например, здесь, но вот основные аргументы:
Качество разведки в этом регионе традиционно крайне низкое. Генералы могут сколько угодно воображать, что они бьют по архиважным объектам, а может это на самом деле коровник — никто не знает.
Противники Асада не имеют никакой стационарной военной инфраструктуры, которую имеет смысл бомбить при традиционных боевых действиях — от командных пунктов и коммуникационных систем до баз дислокации тяжелых вооружений и военной техники. Это все очень мобильно, рассредоточено и подвижно. Использовать авиаудары для того, чтобы подбивать танки — сомнительная тактика. А кроме танков и артиллерийских установок, у воюющих с Асадом группировок ничего нет.
Противники Асада уже овладели техникой рассредоточения, укрытия и маскировки в ответ на авиаудары — прежде всего тот же ИГИЛ в ходе многомесячных западных бомбардировок. Тут нет ничего нового.
Возмущенные действиями Путина Саудовская Аравия, Катар и Турция быстро поставят своим сирийским союзникам средства противовоздушной обороны, и скоро, когда эффект внезапности пройдет, наша авиация станет очень уязвимой (вспоминаем Афганистан).
Насколько можно понять, «план Путина» (он же «беда России») заключается в том, чтобы авиационными и ракетными ударами обеспечить прикрытие наземному наступлению разномастных сухопутных сил, поддерживающих Асада — регулярной сирийской армии, «Хезболле» и иранской революционной гвардии.
Но план этот хреновый, так как от сирийской армии мало что осталось из-за боевых потерь и дезертирства, как уже было сказано, плюс ее боеспособность, мягко говоря, вызывает сомнения после нескольких лет тотальных поражений. «Хезболла» явно предпочитает отсиживаться в своих традиционных гнездышках на юге страны. Иранцы? Так они воспринимаются местным суннитским населением как внешняя оккупационная сила. Наряду с русскими. Мы реально получаем полную параллель с Афганистаном: в 1979 году местная армия Бабрака Кармаля оказалась полностью неспособной к боевым действиям, а массовый ввод в страну «иноверческих» войск способствовал подъему национального духа и росту сопротивления. Мало сомнений, что так будет и здесь, учитывая, что с каналами для подпитки противников Асада: Турцией, Саудовской Аравией и Катаром вообще нет проблем. Скоро все это может быстро эволюционировать от вопроса о «сохранении режима Асада» к священной войне с шиитскими оккупантами, а также «неверными» в лице русских. Ровно как в Афганистане в 1979—1980 годах. И чем сильнее сопротивление и немощнее местные «войска», тем больше будет запрос на ввод боеспособных внешних войск.
К тому же боеспособность иранцев тоже вызывает большие сомнения — и по воспоминаниям об ирано-иракской войне 1980-х, и по нынешним новостям (буквально только что сирийские моджахеды грохнули иранского генерала, руководившего операциями в Сирии).
Так что вопрос остается простым — если этот план (авиаподдержка наземному наступлению Асада и иранцев) провалится, что дальше? Путин отступится и уйдет?
У меня нет такого ощущения. У меня есть ощущение, что он воспринимает нынешний альянс с Ираном как стратегический (а Иран будет поддавливать его на ввод сухопутных войск, как уже продавил на авиа- и ракетные бомбардировки), а потерю Асада как фатальную (трудно сказать, что его тут больше волнует — нагадить американцам, спасти еще одного друга-диктатора, дать какие-то контракты всяким своим чемезовым, либо реально построить в Сирии какую-то «военную базу»). К тому же Путин так борзо и всерьез разругался с важными еще вчера стратегическими партнерами (Турцией), что вся эта история явно выглядит для него как нечто сильно поважнее желания покрасоваться перед камерой в Нью-Йорке в сопровождении Обамы. Это не похоже на просто пиар-операцию, это, похоже, стратегический проект по сохранению Асада.
А значит, ждите наземной операции и более масштабного ввода российских войск. И это в условиях:
Привнесения в ситуацию элемента «священной войны» против неверных (русских);
Поддержки противников Асада широким кругом держав, враждебно настроенных к Путину и не испытывающих дефицита ни в деньгах, ни в оружии (практически, на стороне Путина только Иран, который все еще сильно ослаблен санкциями и неизвестно когда поднимется на ноги);
Очень слабой местной базы в лице полумертвого Асада и его немощной армии, против которой после долгих лет геноцида ополчилось все суннитское население.
Прогнозы по этой ситуации? Сделайте сами.
Владимир Милов
