Французский философ и политолог, профессор Университета Пантеон-Ассасе Филипп де Лара приехал в Украину, чтобы представить свои исследования в области геноцида. На лекции, организованной «Альянс Франсез» в Днепропетровске, он говорил об уникальности двух геноцидов: Холокоста — преступления против еврейского народа и Голодомора — преступления против украинского народа.
И хотя, по мнению ученого, на Западе часто считают, что сравнивать эти две трагедии невозможно, потому что это все равно, что класть на весы и взвешивать горе одного народа и горе другого, он считает такое сравнение правомерным. Дискуссия с французским исследователем продолжалась почти 3:00, днепропетровские студенты, историки, культурологи выражали свои мнения относительно Голодомора и Холокоста.
Французский философ и политолог Филипп де Лара считает, что все геноциды уникальные, Голодомор — геноцид украинского 1933 года, который пыталась реализовать советская власть, и Холокост — геноцид евреев 30-40-х годов, воплощаемый властью нацистской. Несмотря на замечания критиков его концепции, он считает, сопоставлять эти две национальные катастрофы можно и нужно, ведь оба преступления имеют много общего — были совершены тоталитарными режимами и отразились глубокими шрамами на истории народов.
Впрочем, несмотря на это, замечает французский исследователь, Голодомор 30-х и Холокост 40-х годов имеют и существенные различия. Голодомор Филипп де Лара называет преступлением политическим, ведь, замечает, он имел целью не столько физическую ликвидацию всего украинского народа, сколько уничтожение «его души», его ментальности для облегчения его насильственной советизации и русификации. Холокост же французский философ рассматривает как преступление политический: в 20-м веке в самом центре Европы нацистский режим попытался реализовать сценарий уничтожения целой нации.
«Геноцид украинский уникальный по своему размаху и периодом его отрицание — почти 60 лет»
По мнению французского исследователя, Украина особенно пострадала от большевистской политики геноцида, а политика истребления евреев, которую нацисты осуществляли по всей Европе, имела на этой территории особую форму и силу: если в Европе символом Холокоста стали поезда и концентрационные лагеря, где евреев уничтожали тайно, то на территории Украины почти все еврейское население было истреблено на месте, почти на глазах их соседей и знакомых. Именно поэтому спасение евреев на этих землях, к которому прибегали Украинцы и представители других наций, — это настоящий подвиг, ведь риск был очень большим.
После 1945 года память о двух эти геноциды, отмечает профессор де Лара, в Восточной и Западной Европе, разделенной «железным занавесом», сохранялась по-разному. Если на Западе о них было можно свободно говорить и писать, то на советских территориях правда об обеих национальных трагедиях искажалась и замалчивалась, говорит он. Чего стоит только формулировка советских историков — «расстреляно фашистами мирное население», по которым пряталась информация об уничтожении евреев.
«Миллионы людей были вынуждены жить за завесой тишины и лжи. Что объединяет Голодомор и Холокост? Геноцид евреев уникальный по своей целью, его целью было стереть с лица земли целый народ, и он уникален своими масштабами — более 50% еврейского населения было уничтожено, и он также уникальный по своим последствиям — целая еврейская страна просто исчезла навсегда. Но геноцид украинский уникальный по своему размаху и периодом его отрицание — почти 60 лет. Целью Голодомора было не убить всех людей, но убить достаточно людей, чтобы уничтожить душу, идентичность народа. То, что уникальное для Голодомора, — он имел цель — не только подавить сопротивление крестьян, но уничтожить украинскую нацию, высасывая из нее кровь, силу и энергию, и позволить заменить украинский русскими колонистами. Советские руководители знали, как это делать. Что касается Холокоста, то Холокост, который имел место в Украине, происходил прямо здесь, на месте. Холокост на украинской территории был исключительным явлением, был очень огромный риск погибнуть на месте. Это опыт общества, нельзя сравнить с опытом общества во Франции, Нидерландах или даже Польши. И именно эта история будет строжайшее замалчиваться в советской историографии. Холокост потерпел цензуры. И это молчание является катастрофическим. Сегодня мы должны избавиться этого двойного стандарта — забвение преступлений со стороны советского общества », — отметил Филипп де Лара.
Голодомор и «стокгольмский синдром»?
Дискуссия с французским исследователем продолжалась почти 3:00, днепропетровские студенты, историки, культурологи выразили свое мнение относительно Голодомора и Холокоста и поставили профессору вопрос.
Модератором разговора была днепропетровский культуролог Ирина Рева, она сама является автором книги о Голодоморе — в монографии «По ту сторону себя», изданной четыре года назад, исследует культурные и психологические последствия Голодомора для украинской нации. Ирина Рева отмечает: в поведении украинский, переживших тридцатые годы прошлого века, время угадываются черты «стокгольмского синдрома» — когда жертва начинает испытывать симпатию к агрессору, и этот феномен еще предстоит исследовать.
«Я практически с этим столкнулась, когда работала в газете, это была бывшая коммунистическая газета, и часть пожилых людей, подписчиков газеты, очень ругались, когда читали мои материалы об истории Украины. Но примерно 2003 года, когда отмечалась годовщина Голодомора, состоялась очень странная вещь: эти люди начали писать письма: «приезжайте, запишите мои воспоминания». И я ездила, документировала. Но был определенный момент, через который я все время перечипалась: люди рассказывали об ужасных вещах, как не хватало продуктов, как питались улитками, поскольку нечего было есть. И высказав все это, человек говорил: а в этом никто не виноват, был неурожай, при Сталине хоть порядок был, нам сейчас не хватает Сталина. И все это меня очень поражало. Мне кажется, «стокгольмский синдром» в определенной степени объясняет такую двойную сознание », — отмечает Ирина Рева.
«Красные фашисты» и «коричневые коммунисты»
Гостями разговора с французским исследователем национальных трагедий украинского и еврейского народов, в частности, стали и представители еврейской общины города. Директор Музея истории Холокоста в Днепропетровске Игорь Щупак отмечает: исследований, подобных книгам французского профессора, не хватает в современной Украине. В самом музее также пытаются, если не сопоставлять геноциды разных лет, то проводить определенные параллели. Игорь Щупак замечает: его как историка также интересуют судьбы конкретных людей: в музейном архиве есть данные о евреях, которые помогали Украинской выжить во время голода, и о тех же самых украинском, которые потом спасали евреев в годы войны.
«Мы нуждаемся в таких попыток сравнительного анализа различных исторических событий и явлений, особенно таких сложных, как Голодомор и Холокост. Безусловно, каждый геноцид имеет свои особенности и он неповторим. Однако каждое проявление геноцида является универсальным явлением, ведь есть сущность этого явления — уничтожение человеческой жизни, есть причины, которые порождают геноциды, — тоталитарные режимы и тому подобное. И профессор де Лара именно на этом акцентировал внимание. Такие попытки чрезвычайно продуктивные и важны, это помогает нам осознать, что если мы хотим понять какое-то явление, мы должны расширять контекст. Голодомор и Холокост были порождены подобными тоталитарными режимами. Несмотря на то, что коммунисты и фашисты настаивали на том, что это принципиально разные течения, но люди, которые на своих судьбах почувствовали, что такое фашизм и тоталитаризм, называли фашистов «коричневыми коммунистами», а коммунистов «красными фашистами», — сказал в комментарии радио Свобода Игорь Щупак.
Филипп де Лара — французский философ, политолог, профессор Университета Париж ИИ (Университета Пантеон-Ассасе), преподает политические науки, руководитель программы «Современность и тоталитаризм», сотрудничает с украинскими изданиями. Его самая книга — «Упражнения человечности: разговоры с Винсентом Декомб» (2014).
