Бывший заместитель верховного главнокомандующего войсками НАТО в Европе Ричард Ширрефф объяснил DW, почему альянс укреплят восточные границы, ждать ли войны с РФ и когда Украину примут в НАТО.
8-9 июля в Варшаве пройдет саммит НАТО, на котором лидеры стран-членов альянса обсудят расширение его военного присутствия на востоке Европы. Накануне саммита DW побеседовала с британским генералом Ричардом Ширреффом, занимавшим в 2011-2014 годах должность заместителя верховного главнокомандующего объединенными силами НАТО в Европе. В мае 2016 года Ширрефф выпустил книгу «2017: война с Россией», где смоделировал потенциальное военное столкновение стран альянса с РФ.
DW: В своей книге «2017: война с Россией» вы подробно описываете сценарий возможной полномасштабной войны между РФ и НАТО. Вы предполагаете, что Россия нападет на страны Балтии. Почему вы считаете, что подобное может случиться?
Ричард Ширрефф: Прежде всего, хочу подчеркнуть, что это художественный вымысел. Моя книга — «звоночек» для НАТО, для Запада, что пока мы не обращаем внимания на динамику событий, запущенную президентом Путиным вторжением в Крым и восточную Украину, а также другие сигналы, которые он посылает, все может закончиться такого рода катастрофой.
— Чего хочет Россия? Путин желает войны с Западом?
— Думаю, Путин хочет, чтобы Россию рассматривали в качестве великой державы. Полагаю, он хочет обеспечить своего рода доминирование в непосредственном окружении. Не думаю, что он хочет войны с Западом. Но вопрос не в этом. Мы видим, что Путин в высшей степени оппортунист. Он использовал силу для изменения границ в Европе, что мы видели в Крыму. И мы должны хорошо понимать важность обороны и сдерживания, чтобы исключить возможность просчетов.
— Вы называете свою книгу «звоночком» для НАТО. На саммите НАТО в Варшаве ожидается укрепление восточных рубежей альянса путем размещения четырех батальонов в Польше и странах Балтии. Означает ли это, что НАТО «проснулась»?
— НАТО «проснулась», но великану нужно время, чтобы полностью пробудиться ото сна. Размещение войск в странах Балтии и Польше — это только начало. Мы должны также убедиться, что речь идет об эффективном контингенте. Четыре отдельных батальона без всеохватывающей структуры — боевого обеспечения, командования и контроля, которые делают из четырех батальонов эффективное воинское соединение — будут не более чем политическим жестом. Вот что меня беспокоит.
— То есть вы считаете, что четырех батальонов недостаточно, и мы увидим дальнейшие шаги?
— Я не считаю, что четырех батальонов достаточно. Полагаю, нам, как минимум, нужна объединенная бригада. Те четыре батальона могли бы быть объединены, пожалуй, в форме бригады. Но это должна быть надлежащим образом сформированная бригада, готовая к ведению боевых действий.
— Размещая войска в Восточной Европе, НАТО ходит на грани формального соблюдения Основополагающего акта Россия-НАТО. Альянс должен продолжать такую линию поведения?
— В Основополагающем акте Россия-НАТО идет речь о неразмещении существенных боевых сил в странах Балтии. Существенные боевые силы — это не батальон в каждом из этих государств. Если мы говорим о том, что НАТО рискует нарушить формальные договоренности, я предположу, что господин Путин уже нарушил их. К примеру, Будапештский меморандум 1994 года, гарантировавший суверенитет Украины. Так что НАТО должна продемонстрировать волю, эффективные средства сдерживания и надежность. Это в первую очередь.
— Россия недавно послала позитивный сигнал НАТО. Российские боевые самолеты теперь будут летать над Балтийским морем со включенными транспондерами. Означает ли это начало деэскалации со стороны России?
— Если так, то это очень хорошие новости. Но это не должно заставить НАТО отказаться от демонстрации силы. Будем надеяться, что это приведет к деэскалации. Цель политики сдерживания — это именно деэскалация.
— Последний конфликт с Россией начался с аннексии РФ украинского Крыма. Должна ли НАТО вооружать Украину?
— Украина не подпадает под действие статьи 5-й Вашингтонского договора, потому что она не является членом НАТО. Вопросы поддержки Украины странами альянса относятся к двусторонним отношениям отдельных государств. НАТО должна быть единой и действовать в согласии. Опасность заключается в том, что если некоторые страны проголосуют за поддержку Украины, а другие нет, то альянс будет выглядеть неэффективным или разобщенным.
— Украина на протяжении нескольких лет стучится в двери НАТО. После того, что произошло в Крыму, насколько высока вероятность того, что однажды Украину примут в альянс?
— Не думаю, что это вообще реалистично. Во-первых, с политической точки зрения, вступление Украины в НАТО — при том, что немалая часть страны оккупирована российскими войсками — может легко привести к войне. Во-вторых, основой НАТО является статья 5-я Вашингтонского договора, подразумевающая коллективную оборону: нападение на одну страну считается нападением на всех членов альянса. Надо быть реалистами. Не думаю, что возможно говорить о вступлении Украины в НАТО.
— То есть Украина останется один на один с Россией?
— В идеальном мире Украину нужно рассматривать как страну наподобие Финляндии во времена холодной войны, способную смотреть как на Восток, так и на Запад. Украина нуждается в непрерывной поддержке Запада. Эта поддержка должна продемонстрировать преимущества от ориентации на Запад, а не недостатки этого.
— Вы бы предложили Киеву занять нейтральную позицию?
— Реальность такова, что произошло слишком много всего, чтобы в Киеве могли хотя бы задуматься занять нейтральную позицию. С учетом вторжения России и пророссийских сепаратистов на восток Украины, сложно представить, как Киев мог бы действовать нейтрально. Украина продолжит нуждаться в помощи Запада, но со стороны стран-членов НАТО это может происходить лишь на двусторонней основе.
