Нефтяная «сказка», в которой более 50 лет живет Россия, обменивая «черное золото» на валюту, технологии и потребительский стиль жизни, с угрожающей скоростью приближается к финалу.
Усиленная добыча на старых, еще советских месторождениях приводит к их ускоренному истощению, а новых залежей с дешевой и легкой для извлечения нефтью обнаружить не удается.
На данный момент почти все запасы нефти уже включены в добычу, сообщил на встрече с президентом РФ Владимиром Путиным глава Минприроды Сергей Донской. Нераспределенный фонд недр по нефти составляет, по его словам, лишь 6%.
Этого настолько мало, что приходится менять формат работы министерства: вместо распределения недр остается лишь следить «за эффективностью недропользования», рассказал Донской.
В 2017 году в России не будет объявлено ни одного аукциона на право пользования крупными углеводородными участками. «Ничего не осталось. Фонд открытых месторождений исчерпан», — объяснил ситуацию глава Роснедр Евгений Киселев.«Средний размер открытых месторождений за последние 2 года — 1,7 млн тонн», -говорит партнер RusEnergy Михаил Крутихин. Это крохи: в один только Китай Россия поставляет в 3,5 раза больше ежемесячно.
Инвестиции в поиск и разведку были радикально урезаны после обвала цен на нефть, объясняет Крутихин: «Изменилась парадигма. (Решили) просто гнать все, что можно продать сейчас по той цене, которая есть. Выкачивать из действующих месторождений все, что можно, не обращая внимания на оптимальные схемы».
Форсированная разработка позволила выйти на максимум добычи с 1987 года (11,2 млн баррелей в день), но она же существенно приближает финал нефтяного благополучия.
Согласно «Стратегии развития минерально сырьевой базы РФ до 2030 года», которую подгтовили Роснедра, у России есть максимум 3-4 года добычи на текущих уровнях.
По его словам, пик добычи — это 2020-22 гг. Затем начнется спад со скоростью до 10% в год, а к 2035 году объемы рухнут вдвое — с 11 до 6 млн баррелей в день. В таком объеме нефть потребляет сама Россия, а значит — экспорт придется обнулить.
Для российской экономики это начало обратного отсчета до коллапса, говорит директор программы «Экономическая политика» Московского Центра Карнеги Андрей Мовчан.
Продажа нефти, по данным ЦБ, дает 26% всей поступающей в страну валюты; в целом нефтегазовый экспорт — 60%. Федеральный бюджет обеспечен нефтью на 40% напрямую, а если учесть все косвенные эффекты (например, импорт товаров на нефтяные деньги), — то на 84,3%, подсчитал Мовчан.
Весьма вероятно, говорит он, что закрывать «дыру» правительство будет включением на полную мощность печатного станка. Одновременно придется закрыть трансграниченое движение капитала, ограничить операции с валютой и ввести контроль над ценами.
«Как это происходит, мы можем видеть на примере Венесуэлы, которая потеряла почти две трети возможной добычи за десять лет и уже закупает нефть за рубежом», — предупреждает Мовчан.
Запас прочности у экономики, по его словам, — 6-10 лет, затем «вопрос будет стоять о необходимости срочных решительных изменений для сохранения целостности и управляемости страны».
