Нефтяная модель российской экономики лопнула
Международное рейтинговое агентство Moody’s не видит причин повышать кредитный рейтинг правительства России, который остается на «мусорном» уровне Ba1 с 2015 года. Об этом в интервью Bloomberg рассказал глава отдела суверенных рейтингов стран Европы Moody’s Дитмар Хорнунг.
Повышение цен на нефть увеличило приток в Россию иностранной валюты, вернув стране возможность импортировать продовольствие, потребительские товары и технологии, что в результате «благоприятно сказалось на макроэкономической обстановке», отметил Хорнунг, добавив, что этого «не достаточно для пересмотра рейтинга».
«Согласно нашему базовому сценарию, санкции против России сохранятся в обозримом будущем. Экономический рост все еще намного слабее, чем до кризиса, что остается поводом для беспокойства», — объяснил он.
Нефтяной мотор, который вытягивал экономику в «тучные годы», уже не способен дать существенного экономического роста, предупреждает Moody’s. По прогнозу агенства, ВВП прибавит не больше 1,5% в ближайшие два года.
Дальнейшее повышение нефтяных цен, даже если если оно состоится, «осложнит диверсификацию экономики и снижение зависимости от нефтегазового сектора», считает Хорнунг. Напомним, в феврале Moody’s последним из «большой тройки» рейтинговых агенств улучшило оценку России, повысив прогноз по рейтингу — с «негативного» на «стабильный». Это, впрочем, означает лишь то, что в ближайшие полгода Moody’s не видит рисков дальнейшего ухудшения платежеспособности органов государственной власти.
Внутренние источники роста упираются в «слабое» госуправление, писали тогда эксперты агентства: в мировых рейтингах верховенства закона и защиты прав собственности Россия входит в число наиболее отсталых стран мира, а по уровню коррупции, наоборот, — в 13% «лидеров».
Чтобы ускорить российскую экономику до темпов, с которыми растет мир в целом (3,5% в год) нужна нефть как минимум по 100 долларов за баррель, подсчитали в марте экономисты РАНХиГС.
Проблема «ресурсного проклятия» в России абсолютно типична с точки зрения мирового опыта и выделяется разве что масштабом накопленной деформации,пишет директор программы «Экономическая политика» Московсокго центра Карнеги Андрей Мовчан.
«Российская экономика относится к наименее сложным в мире, существенно уступая по сложности и другим странам БРИКС и большинству развивающихся стран, — констатирует он: темпы роста российского ВВП на 99% зависят от динамики цен на нефть.
«Речь идет даже не о корреляции с уровнем цен на нефть, а именно со скоростью их роста — то есть для роста российской экономике уже более 15 лет необходим рост цен на нефть, на каком бы уровне они ни находились, а их снижение даже на относительно высоких уровнях означает спад в экономике», — говорит Мовчан.
Вытянуть экономику из этого порочного круга мог бы, по его словам, экономический союз с доминирующим партнером в лице Евросоюза, который мог бы использовать российские ресурсы и трудовой потенциал в обмен на технологии и стандарты качества.
Впрочем, признает Мовчан, пока политика направлена прямо в противоположную сторону: с начала 90-х годов Россия последовательно проводила политику дистанцирования от локальных и глобальных экономических союзов, в которых ее вес был бы не доминирующим.
