Так, если в апреле Минэкономики прогнозировало обесценение российской валюты до 68 рублей за доллар к концу года, то теперь ждет стабильный курс около текущих отметок — 59,7 рубля.
Однако уже в 2018 году ситуация, по расчетам МЭР, начнет ухудшаться. После выборов рубль потеряет почти 10% относительно текущих уровней, а среднегодовой курс доллара поднимется до 64,7 рубля.
Плавная девальвация продолжится в последующие годы со скоростью около 5% в год: в 2019 году доллар в среднем будет стоить 66,9 рубля, а 2020-м — 68 рублей.
По российскому валютному рынку ударит новое падение цен на нефть, от которых зависит 60% поступающих в страну долларовых доходов, следует из данных МЭР.
Так, если в текущем году российская Urals продавалась за рубеж в среднем по 49,94 доллара за баррель, то в следующем ее цена опустится до 43,8 доллара, а 2020-му едва превысит 40-долларовую отметку (41,6).
В этих условиях приток в Россию валюты по текущему счету опустится практически до нуля: если сейчас разница между поступлениями долларовых доходов и оттоком валюты за границу составляет около 2% ВВП, то в 2018-м она составит 0,5% ВВП, а к 2019-му — лишь 0,1% ВВП.
Несмотря на это, экономика будет расти в 1,5 раза быстрее, чем ожидалось изначально, утверждает МЭР: рост ВВП составит 2,1-2,3% в ближайшие три года против 1,5% в апрельском прогнозе.
Президент РФ Владимир Путин поставил перед Минэкономразвития задачу ускорить рост российской экономики до темпов, хотя бы сопоставимых с мировыми — около 3% в год. Уже сейчас МЭР излучает оптимизм, обещая 2% по итогам года, но на чем он основан — остается неясным, говорит аналитик Райффайзенбанка Станислав Мурашов: план реформ, равно как и концепция развития, так и не были опубликованы.
Одно из главных препятствий на пути экономического роста в России — это бедность, считает директор Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Татьяна Митрова: 15% населения, больше 20 млн человек, или каждый седьмой получают доход ниже прожиточного минимума, у трети зарплата не превышает 15 тысяч рублей.
За три года в реальном выражении доходы населения упали на 19,2% и продолжают снижаться (на 1,4% с начала года), несмотря на растущий ВВП.
При этом ключевой документ — «Стратегия экономической безопасности до 2030 года», которая была подписана Путиным в июне и вступила в силу, — в принципе не упоминает доходы населения ни как показатель самой безопасности, ни как цель, к которой следует стремиться, отмечает главный научный сотрудник Института экономики РАН Никита Кричевский.
В ней говорится лишь о «качестве жизни» населения, но не приводятся никакие конкретные численные параметры, которые нужно достичь, в отличие от всех других показателей (ВВП, отток капитала, денежная масса итд..).
Пока создается ощущение, что план властей заключается в попытке конкурировать со странами с дешевой рабочей силой, но успех такой стратегии иллюзорен, говорит Митрова, особенно в условиях перехода к новому технологическому укладу.
«С бедным населением осуществить технологический прорыв не получится. Робототехника, информационные технологии, открытия в области биологических исследований, здравоохранении — все это требует совсем другой квалификации и другой оплаты труда. И именно поэтому борьба за адекватные доходы граждан — не стремление к соблюдению социальных гарантий, а экономический императив, который прямо связан с экономическим успехом страны», — считает эксперт.
