В преддверии новых санкций США, первый этап которых вступит в силу с 6 августа, а второй — с 4 ноября, курс доллара на «черном рынке» Ирана подскочил до исторического максимума в 102 тысячи риалов, сообщает AFP со ссылкой на иранских валютных трейдеров.
С апреля доллар в стране взлетел в 1,7 раза, а по сравнению с сентябрем прошлого года — почти втрое на ожиданиях, что заключенная в 2015 году сделка, которая позволила Ирану возобновить поставки нефти в Евросоюз и открыла ему доступ к 100 млрд долларов заблокированных международных резервов, будет свернута администрацией Дональда Трампа.
В попытке остановить валютный ажиотаж иранский ЦБ в апреле запретил гражданам держать больше 10 тысяч евро наличными, обязал сдать «избыточную» валюту в банки или продать, а самим банкам запретил любые операции с криптовалютами, которые использовались для вывода капитала.
Но остановить панику населения, пытающегося спасти свои сбережения, не удалось, и в июле президент Хасан Рухани отправил в отставку главу центробанка Валлиалу Селифа.
Хотя власти ЕС продолжают заявлять о своей приверженности соглашению с Тегераном, европейские энергокомпании уже готовятся к санкциям. По данным Bloomberg, Евросоюз, покупавший в прошлом году треть иранского нефтяного экспорта, в июне сократил объем сделок почти на 30%. Французская Total объявила о намерении полностью отказаться от работы с Тегераном.
Как сообщил Bloomberg источник в Госдепартаменте США, Вашингтон начал переговоры с ключевыми клиентами Ирана на нефтяном рынке о необходимости сократить закупки до нуля с 4 ноября.
Китаю, который прибретает 24% иранской нефти, и Индии, которая берет еще 17%, а также Турции, на которую приходится около 9% поставок, рекомендовано начать искать других поставщиков, сообщил источник.
Иран оказался в уникальных условиях: цены на нефть взлетели почти втрое за 2,5 года, а отмена санкций три года назад позволила увеличить экспорт до 2 млн баррелей в день; не воспользоваться этим и попасть в «идеальный шторм» Тегеран смог главным образом из-за некомпетентной государственной политики, считает Ханке: продолжая грозить США войной, иранские консерваторы не решились на то, чтобы открыть контролируемую государством экономику и привлечь иностранные инвестиции.
