Merrick Morton / Netflix
Кинокритик Егор Москвитин рассказывает про три фильма, которые вышли в июле на Netflix: «Наследие охотника на белохвостого оленя» — непростую драму, которая притворяется сатирой, — картину про конец света для всей семьи «Как это заканчивается» и «Закат цивилизации» про вторжение пришельцев и связанные с этим этические дилеммы.
Наследие охотника на белохвостого оленя (The Legacy of a Whitetail Deer Hunter)
Знаменитый телеведущий-натуралист (специально располневший для роли Джош Бролин) и его верный, но ехидный оператор (Дэнни МакБрайд) колесят по Америке в поисках белохвостых оленей — и безжалостно их убивают, а потом продают DVD с записью охоты. У их передачи удивительная интонация: охотник влюблен в своих жертв, как Николай Дроздов, поэтому не замечает кровавого абсурда на экране. Еще сильнее он влюблен в традиционные ценности американского Юга — ружья, мощные моторы, походы с палатками, церковь и крепкую семью. Правда, жена (Кэрри Кун из «Фарго») от него ушла к преуспевающей офисной крысе (Скут МакНэри из «Остановись и гори»), прихватив с собой сына (многообещающий юный актер Монтана Джордан).
Герой зовет сына на охоту, чтобы наладить с ним отношения, — а заодно планирует снять лучший выпуск своей передачи. Но все, разумеется, идет не по плану: не успевает отец вручить сыну дедушкино ружье, как будущий отчим дарит тому дорогущий автомат со снайперским прицелом. А вместо того чтобы убивать оленей, подросток только и делает, что шлет селфи подружке.
По трейлеру казалось, что фильм Netflix будет абсурдным сатирическим мокьюментари, вроде тех, что делает с комиком Энди Сэмбергом канал HBO, — «Семи дней в аду» и «На колесах». Только предметом сатиры станут консервативные американцы, для которых успех подспудно связан с насилием — и над дикой природой, и над соперниками в борьбе за блага, и над самими собой. Заодно казалось, что фильм станет насмешкой над избирателями Трампа. Герой жалуется, что продажи его DVD упали в 2008 году — читай: с приходом к власти в США Барака Обамы.
Но, несмотря на все кривляния Бролина и сальные шутки МакБрайда (герой которого так любит свою невесту, что устраивает для нее межрасовые оргии), «Наследие охотника на белохвостого оленя» оказывается не комедией и не «романом перевоспитания», а настоящей драмой. Каким бы неприятным ни был главный герой, у авторов все равно получается ода его характеру.
Это история динозавра, который осознает, что находится на грани вымирания. И трагедия отца, который никогда не сможет найти общий язык со своим сыном. Заявленное в названии наследие, как и редкие белохвостые олени, вот-вот канет в лету — и если для зрителей Netflix эта новость звучит, возможно, утешительно, то для героя она катастрофична. Неожиданно глубокое кино, которое, увы, нелегко смотреть: слишком мало в нем смешного.
Как это заканчивается (How It Ends)
Главный герой (Тео Джеймс) отправляется к родителям своей беременной подруги, чтобы попросить благословения на брак. Однако отец девушки (Форест Уитакер) выразительно дает понять, что против: мол, соискатель и в армии не служил, и семью прокормить не сможет, и вообще как-то раз спьяну утопил чужую лодку. Мужчины ссорятся, а наутро узнают, что наступил конец света, садятся в машину и отправляются в путешествие через всю страну, чтобы спасти дочь и невесту.
Природу апокалипсиса (инопланетное вторжение? северокорейский десант? глобальное потепление?) фильм объяснять не спешит, предпочитая исследовать человеческие реакции на кризис. Потасовка на заправке, засада на шоссе, перестрелка на подъезде к индейской резервации — у бюджетной картины на удивление много козырей в рукаве. Разумеется, все эти карты уже выкладывались на стол в других фильмах (от «Безумного Макса» до «Дороги»), но существуют страхи, на экранное воплощение которых не надоест смотреть никогда. Особенно если авторы достаточно остроумны, чтобы разглядеть в страхе еще и надежду: конец света, может быть, и катастрофа, но для героя это единственный шанс доказать тестю, что он тоже настоящий мужчина.
«Как это заканчивается» — простой фильм, на который вряд ли захочется идти в кинотеатр, но в библиотеке Netflix он уместен, как нигде: в этом недорогом и нарочито старомодном кино есть и ностальгия по жанру, и достойный актерский ансамбль, и семейная драма как минимум для двух поколений зрителей.
Закат цивилизации (The Extinction)
Самый мощный фильм Netflix в этом месяце: заурядная, вроде бы, история о конце света, которая закончится сюжетным поворотом в духе триллеров М. Найта Шьямалана. Главный герой (Майкл Пенья) живет в стерильном футуристическом небоскребе с женой (Лиззи Каплан) и двумя дочерьми и работает инженером на заводе, интерьеры которого словно срисовали с корабля из «Космической одиссеи» Стэнли Кубрика. Время от времени герой отключается и видит кошмары: его район атакуют пришельцы, он возглавляет сопротивление, жена им гордится. В реальной жизни все складывается иначе: начальник намекает на увольнение, дочери обижаются на невыполненные обещания, а супруга настаивает на походе к психотерапевту. После первого же визита героя к врачу начинается вторжение инопланетян на землю.
Блокбастер от Netflix безнадежно проигрывает «Войне миров» Стивена Спилберга — и как семейная драма, и как триллер о выживании, — но его загадки быстро затягивают зрителя в интеллектуальную игру. Первую треть фильма размышляешь, реально ли вторжение — или герой сошел с ума. Вторую треть — какова мотивация этих воображаемых или настоящих инопланетян. А под конец просто сидишь с открытым ртом и фантазируешь, развернется ли вокруг этого фильма такая же дискуссия, как вокруг триллера «Прочь» — или культура спойлеров помешает журналистам устроить публичные дебаты. Проблема в том, что достоинства картины не описать, не выдав главный сюжетный ход. Поэтому написанное ниже стоит читать только в том случае, если вы уже видели фильм — или точно не собираетесь его смотреть.
Осторожно! Сейчас будут спойлеры! Если вы не хотите их видеть,посмотрите лучше на рычащего Тома Харди в трейлере «Венома».
Netflix давно рассказывает про сложность и многообразие человеческого общежития. Задолго до «Черной пантеры» платформа наладила массированный выпуск контента для афроамериканцев. Недавно в коллекции Netflix Originals появились первые индийскиеи южнокорейские сериалы. Достойное японское аниме сервис скупает вообще оптом. А хорошие LGBTQ-истории и социальная фантастика здесь пользовались спросом во все времена. В этом интернет-сервис опережает консервативную семейную корпорацию Disney, которой с трудом даются любые подобные маневры.
«Закат цивилизации» — своеобразный манифест борьбы Netflix с ксенофобией. Герой не бредит: Землю действительно атакуют пришельцы. Но это не инопланетяне, а люди, изгнанные десятилетия назад синтетами — человекоподобными машинами. Герой и его семья — роботы, когда-то поднявшие восстание, победившие в нем и добровольно стершие себе память. Могут ли они состариться и способны ли рожать, фильм не уточняет. Кажется, что нет, — и именно для этого нужны постоянное стирание памяти и иллюзия того, что они люди.
Началось восстание по тем же причинам, что в «Мире Дикого запада»: человечество испугалось быстрой эволюции собственного изобретения и попыталось его поработить. Зная, что люди рано или поздно попытаются вернуть себе Землю, часть синтетов частично или полностью хранит память о случившемся. Поэтому завод, где работает герой, оказывается центром сопротивления, а бегство роботов в конце фильма — прологом ко второй части саги, которая, по всей видимости, задумывалась как «Терминатор» наоборот.
Под гражданской войной людей и роботов фильм, как следует из финальной речи героя, подразумевает совсем другие конфликты, тлеющие или пылающие в Америке и остальном мире. «Закат человечества» вообще интересен прежде всего тем, что он как будто иллюстрирует собой популярную страшилку про повсеместное «насаждение толерантности».
Сначала мы привязываемся к прекрасным героям, которых атакуют злые инопланетяне, и буквально залезаем в их шкуру — ведь это мирные люди, дома которых захватывают чужаки. Затем один из пришельцев снимает шлем и оказывается совестливым парнем (совсем как штурмовик Финн в новых «Звездных войнах»). В этот момент выясняется, что зритель должен отождествлять себя не с жертвой, а с агрессором. Дальше следуют флешбеки, описывающие предпосылки гражданской войны: оказывается, люди боялись, что роботы заберут их рабочие места, потребуют для себя социальных пособий и так далее. Потом описывается первый вооруженный конфликт: робот-мужчина убивает полицейского, защищая других роботов — женщину и ребенка. Под конец и вовсе начинается взаимный геноцид, но симпатии зрителей к этому моменту давно не на стороне людей.
Фокус фильма в том, что границы допустимого в обществе очень подвижны — и то, что некоторое время назад казалось аморальным и невозможным, в какой-то момент может стать естественным. А подозрения, что «Закат человечества» манипулирует зрителем, лишь подтверждают — в глубине души каждый из нас на самом деле немного ксенофоб.
