В 1960 году СССР охватил продовольственный кризис. С прилавков магазинов исчезли некоторые виды круп, яичная вермишель, сливочное масло, топленое молоко, мясные полуфабрикаты, буженина. Начались перебои с мукой и белым хлебом. «В хлебных магазинах были установлены ограничения: продавались лишь батоны сероватого хлеба, который готовили с примесью гороха», — писал автор «Незнайки» Николай Носов.
В декабре 1963 года советское правительство вынужденно закупает в США партию зерна в 12 млн тонн, а к 1970–м годам импорт зерновых — уже на потоке. В обмен на бесперебойные поставки зерна Вашингтон фактически вынуждает Москву продавать в США нефть по заниженным ценам.
20 октября 1975 года между двумя государствами был подписан долгосрочный договор, согласно которому СССР обязался ежегодно закупать в США 6 млн тонн зерна.
В репортажах того же «Голоса Америки» в конце 70–х гг., сообщалось, в частности, что «всё больше магазинов в районах центральных областей России (Центрально–Европейский экономический регион РСФСР. –А. Л.) сидят на «голодном пайке». Перебои с хлебом, мясом, молоком и другими продуктами стали нормой». Отмечалось также, что «качественных продуктов питания в этих и ряде других районов становится меньше, и люди оттуда вынуждены «штурмовать» магазины Москвы, Ленинграда, областных центров. Но в изобилии советские продукты имеются на так называемых «колхозных» рынках, однако их цены даже многим горожанам не по карману…».
В начале 1980 года, когда закупки зерна в США достигли 16 млн тонн, американские власти из–за вторжения советских войск в Афганистан ввели торговое эмбарго. Теперь СССР вынужден был увеличить поставки зерновых из других стран — Канады, Аргентины, Австралии. К 1984 году на долю советских закупок приходилось более 15% мирового импорта зерна — 46 млн тонн.
25 августа 1983 года, СССР заключил одну из крупнейших внешнеэкономических сделок, о которой, однако, ничего не сообщали по советскому телевидению и не писали в газетах. В этот день был подписан договор о закупке в США зерна на рекордную сумму в 10 миллиардов долларов. Для сравнения, покупка «под ключ» гигантского автозавода «Фиат», он же ВАЗ, выпускавшего в 1970–е годы более половины советских легковых автомобилей, обошлась в 11 раз дешевле — всего 900 миллионов долларов.
А в 1984 году был поставлен еще один «рекорд коммунистического строительства», который в СССР тоже не афишировали, хотя, о нем прекрасно знал весь остальной мир: впервые объем импорта зерна превысил 40 миллионов тонн, что составляло почти четверть внутреннего производства. То есть, каждую четвертую тонну хлеба Советскому Союзу пришлось закупать за границей. К тому времени «страна развитого социализма», как писали на советских плакатах, стала крупнейшим в мире импортером зерна.
Однако в следующем, 1985 году объем импорта пришлось увеличивать еще больше, и он достиг абсолютного рекорда — 44 миллиона тонн. В общем, можно сказать, что почти полвека коммунистических экспериментов над сельским хозяйством в итоге привели его к полному краху, несмотря на колоссальные усилия, огромные капиталовложения и циклопические масштабы производства сельхозтехники, по которым СССР тоже занимал первое место в мире. Не помогла ни коллективизация, ни «закон о пяти колосках», ни механизация с химизацией, ни распашка Целины, ни программа подъема Нечерноземья, ничего не помогло, поскольку сама система была нежизнеспособной.
Затеянные еще Хрущевым экономические реформы, которые должны были привести страну к более экономичному хозяйствованию, начали давать сбои. Кукурузная кампания, освоение целины, ликвидация «неперспективных деревень», химизация почв и, как следствие, их быстрое истощение — все это сказывалось на количестве и качестве урожая зерновых.
Американские СМИ сообщали, что СССР был вынужден закупать зерно в США из–за того, что экстенсивные методы освоения земель не работали. В подтверждение сказанного служба «Голос Америки» приводила статистику: «Если в 1954–1958 годах средняя урожайность пшеницы в СССР достигала 7,3 центнера с гектара, то к 1962 году она снизилась до 6,1 центнера».
Когда в СССР не хватало валюты, поставки зерна приходилось оплачивать золотым резервом. По оценкам американских аналитиков, на эти нужды в период с начала 1960–х до середины 1980–х Советский Союз потратил свыше 900 тонн золота. В год расходовалось в среднем от 12% до 15% всех золотовалютных средств страны.
Отечественные эксперты высказывают еще одну версию «хлебной» зависимости от США. До 1960–х годов в СССР значительная доля помола муки и выпечки хлеба лежала на кооперативном секторе. Государственные хлебозаводы существовали преимущественно в крупных городах, причем ассортимент изделий был крайне скудным, бóльшую же часть хлебобулочной продукции выпускали частные хлебопекарни, представленные артелями. В середине 1960–х в СССР была полностью ликвидирована промысловая кооперация, а ее предприятия национализированы. На них были введены абсолютно ненужные административные должности, которые съедали львиную долю бюджета, отнюдь не способствуя повышению эффективности работы предприятия. В результате исчезла материальная заинтересованность сотрудников, что моментально сказалось на качестве и объемах выпускаемой продукции. Даже при достаточных запасах зерна мукомольные и хлебобулочные заводы уже не могли удовлетворять потребности страны.
По убеждению экономиста–аграрника Сергея Довтенко, «с 1960–х, в связи с сселением деревень, в российском Нечерноземье возобладала ориентация на крупные сельские поселения городского типа. Но она противоречила традиционному сельхозпроизводству, которое — при запредельных пространствах и неразвитости инфраструктуры в новых поселениях, в том числе бытовой, — фактически самоликвидировалось. А с 1970–х гг. политика ликвидации «лишних» деревень стала более активной, с неизбежным социально–экономическим и экологическим ущербом для всей РСФСР. Все эти и схожие проблемы перешли в нынешнюю Россию, которые при нынешней агро — и земельной, да и общеэкономической политике властей не могут быть решены».
