Хотя Сирия по-прежнему разрывается между российскими, американскими и турецкими интересами, одно можно сказать наверняка: президент Башар Асад выиграл разрушительную семилетнюю гражданскую войну в Сирии.
По словам экспертов, чтобы обеспечить свою победу, Асад способствовал росту экстремизма, который, в свою очередь, привел к усилению ИГ и дальнейшему распространению джихадизма в Сирии. Это – те самые элементы, которые Асад теперь клянется уничтожить в Идлибе, последнем повстанческом районе, где также живут миллионы мирных жителей и беженцев. Россия, Асад и Турция договорились пока не входить в Идлиб и не уничтожать джихадистов вместе с мирным населением. Но это – лишь отсрочка завершающего военного удара, который большинство наблюдателей по-прежнему считают неизбежным.
Роберт Форд, посол в Сирии при президенте Бараке Обаме, сказал, что «пока глаза способны видеть, Асад останется у власти», и, что еще важнее, «над Асадом и его соратниками никогда не будет суда, подобного Нюрнбергу». По его словам, Асада не привлекут к ответственности за использование химического оружия или другие зверства военного времени.
Когда ИГ начала укореняться в Сирии и распространяться в Ираке, Асад позволил этой группировке расти. В августе с.г. журнал The Atlantic сообщил, что «частично это было прагматичным решением, поскольку ИГ находилась на периферийном востоке, в то время как другие повстанцы угрожали западным центрам, но это решение было также и стратегическим».
Лидеры двух исламистских группировок, Хасан Абуд из «Ахрар-аль-Шам» и Захран Алуш из «Даиш-аль-ислам», находились в тюрьме Асада в начале 2011 года. «Режим не просто открыл двери тюрем и выпустил этих экстремистов, он помог им в создании вооруженных бригад», — сказал бывший офицер сирийского управления военной разведки.
«Асад придумал прикрытие: он изобразил оппозиционеров, как чуждых исламистов-сектантов в надежде, что для сирийцев и всего мира правыми будут казаться только джихадисты и режим самого Асада», — написал The Atlantic.
По мере продолжения войны «Хизбалла», Иран, а затем и Россия вмешались, чтобы помочь Асаду, в то время как Соединенные Штаты, Турция и курды создали военные базы для борьбы с ИГ в Сирии и в Ираке. «Хизбалла» была ключом к выживанию Асада. Ее боевики были первыми иностранными бойцами, вступившими в войну на стороне Асада в 2012 году.
Другим важным фактором, который позволил Асаду выжить, была сила предвоенного правительства Сирии. Структура, созданная отцом Асада, функционирует до сих пор и, как добавляет Форд, это – причина, по которой «ни Россия, ни Иран не контролируют внутренний круг сирийской элиты, оставшийся верным Асаду в течение всей гражданской войны». В то время как армия Асада потеряла много солдат из-за массового дезертирства, структура власти вокруг Асада сохранила ему лояльность.
Но Россия и Иран, которые помогли Асаду победить мятежников, не смогут финансировать восстановление разрушенной войной страны. Россия предпринимает закулисные шаги, чтобы обеспечить это финансирование. «Россия хочет показать миру, что гражданская война в Сирии в значительной степени завершена, а возвращение беженцев станет одним из показателей того, что правительство Асада одержало победу. Но сирийскому правительству не хватает финансовых ресурсов, и ни Россия, ни Иран не могут дать больше, чем они уже дают», — сказал Форд, теперь сотрудник Института Ближнего Востока в Вашингтоне и профессор Йельского университета.
Трамп настаивает на том, чтобы его союзники не оказывали Асаду никакой финансовой помощи. Неофициальное присутствие Ирана в Сирии также не вызывает сомнений в том, что США будут продолжать изолировать Сирию как экономически, так и дипломатически. Недавние оценки по восстановлению Сирии составляют от 250 до 400 миллиардов долларов.
Российское правительство далеко зашло, заявив, что из Ливана, Иордании и Турции скоро вернутся домой 900 тысяч сирийских беженцев. Но Форд говорит, что инфраструктура Сирии не может справиться с возвращающимся населением. Турция собирает войска возле Идлиба и опасается массового исхода гражданского населения к ее границе.
Победа Асада создала один из крупнейших кризисов беженцев со времен Второй мировой войны. Многие беженцы, вероятно, не захотят возвращаться. Сирийские службы безопасности проверяют информацию о каждом из них, и, по словам Форда, в средствах массовой информации появились сообщения о некоторых задержанных или незамедлительно отправленных на военную службу по возвращении.
Кроме того, согласно недавнему докладу ООН, в Сирии и Ираке осталось от 20 до 30 тысяч боевиков ИГ. Несмотря на недавние заявления Трампа о победе над группировкой. «Исламское государство», она, как показывают недавние события, остается внутренней и международной угрозой.
Поэтому в то время, как Асад вскоре может победить повстанцев, стремящихся свергнуть его режим и вернуть свою территорию, он остается со страной в состоянии жесточайшего гуманитарного кризиса при отсутствии ресурсов для ее восстановления и хорошо вооруженными и обученными джихадистами, которые все еще сражаются, чтобы террором положить конец его правлению.
Александр Гриффинг, «ХаАрец», Л.К. «Детали»
