Глобальный кризис планируют на 2019 — но пока точного периода не обозначено, считают эксперты.
(Блумберг) — «Это то, что происходит каждые пять-семь лет»: так глава JPMorgan Chase & Co. Джейми Даймон однажды объяснил своей дочери, что такое финансовый кризис. Королева Елизавета II задавалась вопросом, почему никто не заметил начала последнего из них.
Уязвленные своей неспособностью увидеть кризис 10 лет назад и два десятилетия спустя после потрясений на рынках Азии, монетарные власти, трейдеры и экономисты ищут ответ на вопрос, когда и где произойдет следующий обвал.
Международный валютный фонд, который проводит на этой неделе ежегодную встречу на Бали, уже предупреждает, что инвесторы, возможно, недооценивают риск финансовых потрясений.
Один из постулатов финансовой истории заключается в том, что двух одинаковых кризисов не бывает, поэтому ведется поиск потенциальных триггеров в мировой экономике и на рынках. Ошибка в политике Федеральной резервной системы, например, повышение ставок слишком быстро или слишком медленно, может ударить по экономике США и нарушить работу рынков по всему миру.
Вот некоторые из потенциальных горячих точек, в том числе те, о которых вы, возможно, не думали.
Китай
Кредитование вызвало быстрый рост Китая как экономической державы. В последнее время Пекин предпринимает шаги, чтобы замедлить темпы роста корпоративного долга, но общий долг за пределами банковского сектора продолжал расти в прошлом году и остается на чрезмерно высоком уровне, говорит МВФ.
Торговая война с США может заставить Китай замедлить сокращение долга, что приведет к еще большим финансовым рискам.
Развивающиеся рынки
Повышение процентных ставок Федеральной резервной системой в сочетании с ростом доллара вызвало шоковые волны на развивающихся рынках, что затруднило выплату долга компаниям, которые заимствовали в долларах. Аргентина занимает у МВФ $57 миллиардов, или крупнейшую сумму в истории фонда, чтобы остановить валютный кризис в стране. Турецкая лира обвалилась на фоне сомнений инвесторов, что администрация Реджепа Эрдогана способна сдерживать инфляцию.
«Развивающиеся рынки, которые чрезмерно используют заемные средства в долларах, и крупные импортеры нефти, вероятно, являются наиболее уязвимыми», — говорит Хак Бин Чуа, старший экономист Maybank Kim Eng в Гонконге.
Корпоративный долг
По данным МВФ, растущий долг частного сектора — движущая сила устойчивого роста мирового долга с 1950 года. Во время последнего кризиса долг домашних хозяйств США оказался бомбой замедленного действия. Американские потребители с тех пор затянули пояса, но американские компании приняли эстафету.
Италия, еврозона
Риск некрасивого выхода из еврозоны получил новое название: Quitaly. Опасения, что премьер-министр Джузеппе Конте доведет долг до неприемлемого уровня, толкнули доходность итальянских облигаций к уровням, невиданным со времен долгового кризиса еврозоны.
Нефть
Рост цен на нефть заставляет говорить о возвращении к $100 за баррель впервые с 2014 года, ударяя по странам, которые сильно зависят от импорта, включая Индию, Китай, Тайвань, Чили, Турцию, Египет и Украину. В то время как более высокие цены являются позитивным фактором для экспортеров, удорожание нефти будет оказывать еще большее давление на развивающиеся рынки, уязвимые к росту процентных ставок в США.
Плохой Brexit
Рынки готовятся к риску того, что Великобритания не заключит сделку об условиях «развода» с ЕС, что приведет к хаотичному выходу страны из регионального блока в конце марта. Последствия для финансового сектора могут быть неприятными: британские банки лишатся своих «европейских паспортов», что может заставить их, например, наращивать капитал. МВФ предупреждает центробанки, что надо быть готовыми предоставить чрезвычайную ликвидность.
