Как сообщает Bloomberg со ссылкой на данные Народного банка КНР, в январе в стране было выдано 3,23 триллиона юаней займов. Это абсолютный рекорд за все время официальной статистики (с 1992 года).
Более широкий показатель суммарного социального финансирования (total social financing), учитывающий теневой банкинг и замаскированные кредитный продукты, за месяц подскочил на 4,64 триллиона юаней, в 1,5 раза превысив уровень января прошлого года.
В пересчете на доллары китайская экономика получила кредитный допинг в дозе 685 млрд долларов — сумму, сопоставимую в годовым ВВП таких стран, как Швейцария или Саудовская Аравия. Выпуск облигаций китайскими компаниями ускорился на треть — за январь они привлекли на рынке 500 млрд юаней против 375 млрд в декабре.
Опубликованные центробанком цифры — это «безумие», пишет стратег Rabobank Майкл Эвери: за месяц долг экономики подскочил на 5% ВВП. В пересчете на год это 60% ВВП — скорость, которая в мире наблюдалась лишь после Второй мировой войны, когда на кредитные деньги в рамках плана Маршалла отстраивали Европу.
Масштабный рост денежной массы — это «повод нервничать за юань», продолжает Эвери: с апреля прошлого года, когда американские пошлины вступили в силу, китайская валюта подешевела на 7,9%, а беспеченность юаневой массы золотовалютными резервами снизилась до 10,9%.
Всего год назад китайские власти публично говорили о необходимости обуздать «кредитного дракона», который выходит далеко за пределы официальной банковской системы. Но торговый конфликт с США и то, как напряженно идут переговоры с администрацией Дональда Трампа, похоже, вынудили Пекин пересмотреть жесткую позицию, отмечает аналитик Goldman Sachs Ю Сонг.
Представляя шокирующие данные по кредитам, директор департамента статистики и аналитики Народного банка КНР Руан Дзянхон сообщил, что внебалансовые кредиты в системе будут снижаться, но скорость этого процесса уменьшится. Это означает, что «вендетта», которую НБК развернул против теневого банкинга, поставлена на паузу, делает вывод Сонг.
Проблема для Китая, впрочем, гораздо глубже, чем торговый спор, пишут аналитики GNS Economics: вся экономическая модель КНР последних 10 лет построена на хроническом увеличении долга, размер которого уже практически втрое превышает китайский ВВП.
Причем эффективность этого кредитного «допинга» постоянно снижается: если до 2008 года долг рост лишь незначительно быстрее, чем ВВП, то в последнее десятилетие это расхождение стало более чем трехкратным. С 2007 года долг вырос на 25 триллионов долларов, а экономика — лишь на 7,6 трлн.
Иными словами, на каждый доллар нового долга в Китае создается лишь 33 цента нового ВВП.
Де-факто китайская экономика превращается в «финансовую пирамиду», категоричны аналитики GNS: проценты по кредитам съедают около 20% китайского ВВП, а обслуживание накопленного долга происходит за счет дальнейшего увеличения долга, замыкая ситуацию в порочный круг.
Когда китайский кредитный пузырь схлопнется, под ударом окажется вся мировая экономика, предупреждают в GNS.
