С 21 марта в прокате фильм «Закатать в асфальт» С. Крэйга Залера — необычный боевик с Мэлом Гибсоном и Винсом Воном. Медленное, экспериментальное кино с минимум экшена, блестящими актерскими работами и отличными диалогами. Подробнее о картине рассказывает кинокритик «Медузы» Антон Долин.
Простота этого фильма обманчива, разбирать его сложно. Авторское экспериментальное кино само приглашает тебя к анализу и возможной полемике, а по жанровым фильмам неизбежно скользишь, не проникая вглубь. Ведь все законы здесь давно прописаны, каноны установлены, и остается констатировать: «классный полицейский боевик, не оторваться». Те же слова можно сказать о «Закатать в асфальт» С. Крэйга Залера — картине о двух полицейских, отстраненных от работы и решивших ограбить бандитов, но попавших в более серьезный переплет, чем планировали. Попадает в подобный переплет и зритель: он купился на анонс и физиономию Мэла Гибсона на постере, а сам попал на крючок хитроумного режиссера. Потому что на самом деле это кино — и экспериментальное, и фестивальное (премьера состоялась в Венеции), и, уж конечно, стопроцентно авторское.
Залер — один из интереснейших американских режиссеров поколения, которое можно назвать «посттарантиновским». Всеми силами он пытается очиститься от заразы постмодернизма, представая новым романтиком; но в своей тоске по невинным временам старого Голливуда он все-таки стремится препарировать современную реальность, а не только ностальгировать по белизне прошлогоднего снега. Сам Залер, к слову, еще и успешный прозаик, автор расхваленной критиками жанровой прозы, и рок-музыкант — мультиинструменталист, барабанщик, металлист, поэт и композитор, чьи песни звучат в его фильмах. Дебют Залера, каннибальский вестерн «Костяной томагавк», был принят многими как откровение. Его вторая лента — тюремный триллер «Драка в блоке 99» — поразила радикализмом драматургии и визуального ряда. «Закатать в асфальт» — пожалуй, наименее экспериментальный, но и самый зрелый его фильм.
Первое, что здесь поражает, это темп и ритм, обстоятельный и неторопливый, как в классическом романе. Если верить синопсису, перед нами полицейский боевик, но вряд ли вы могли себе представить «Крепкого орешка» или «Смертельное оружие» длиной в два часа сорок минут, из которых драки или перестрелки занимают в общей сложности минут 5-7. Кажется, что бесконечная слежка напарников за скрывающимся наркодилером, их скука и перебранки, сон и бодрствование, сняты в реальном времени. Как и неторопливая погоня за бандитами. Больше всего «Закатать в асфальт» напоминает «медленное кино» каких-нибудь Лисандро Алонсо или Апичатпонга Верасетакуна, только на неожиданном материале. Странным образом, это убеждает: перед нами не очередной винегрет из поп-культуры, а слепок с реальности, пусть и стилизованной.
Остается надеяться на шутки: в самом деле, диалоги здесь блестящие. Динамика взаимоотношений между стареющим скептиком офицером Риджменом (Мэл Гибсон с седыми усами и бесконечно грустными глазами) и его более молодым напарником, все еще лелеющим надежды на лучшую участь Тони Лурасетти (Винс Вон, уже работавший у Залера в предыдущем фильме) напоминает о лучших образцах бадди-муви, но до комических реприз им далеко. Когда за унылым завтраком в кофейне они вслушиваются в модный хит, звучащий в воздухе, Риджмен спрашивает Лурасетти: «Не могу понять, это парень поет или девушка?» Тот прислушивается и растерянно отвечает: «Тоже не пойму. Все пошло наперекосяк в тот момент, когда мужчины стали говорить о своих женах „Мы беременны“». Зал неуверенно смеется, но полицейские не шутят. Они действительно неуютно чувствуют себя в той реальности, от которой не защитится и самый крутой супермен. Теперь важно уже не то, что ты арестовал преступника, а то, насколько был вежлив при задержании, и не принадлежит ли он к какому-либо из меньшинств, а то можно потерять работу. Это и происходит с Риджменом и Лурасетти, вынуждая их на крайний жест — попытку нелегального обогащения под старым, как мир, лозунгом «грабь награбленное».
Можно заключить из этого, что Залер — наследник по прямой Клинта Иствуда, открытый консерватор, бросающий донкихотский вызов новым этическим правилам американского общества. Однако не стоит путать автора с его героями. «Закатать в асфальт» — фильм без положительного героя, и уж если он здесь есть, то это не белый полицейский, а чернокожий мошенник Генри (Тори Киттлз), только что вышедший из тюрьмы и вынужденный вписаться в криминальную аферу, чтобы прокормить мать-наркоманку и брата-инвалида. Чтобы помочь негодяям ограбить банк (в роли главного злодея Фогельмана харизматичный немец Томас Кречман, памятный нам в качестве сознательного фашиста из «Сталинграда» Бондарчука), Генри и его друг красят лица в белый грим — эдакий «уайтфейс», саркастическая деталь «отмывания» преступника в целях маскировки, необходимой во все еще расистском обществе. Но и это не превращает «Закатать в асфальт» в социальное высказывание. Речь здесь идет не о сиюминутном, а об экзистенциальном. О моральном выборе перед лицом смерти. О героизме, подлости, самопожертвовании, сребролюбии. О том, что во все времена было материалом для эпического искусства и когда-то питало классические вестерны и боевики Голливуда.
«Закатать в асфальт», при всем его чернейшем юморе, и есть подлинный эпос. Из череды частных историй здесь вырастает противостояние добра и зла, в котором никто не совершенен, но все играют выбранные роли до последнего мига. Изумительная операторская работа Бенжи Бакши с ее сгущенным сумраком, сюрреалистически неподвижными общими планами, минимумом вывертов — в общем, благородной прямолинейностью, — подкреплена минималистской актерской игрой, где каждый (но прежде всего Гибсон и Вон) будто стремится к одному: выйти за рамки амплуа, преодолеть стереотип, заставить забыть имя актера, переключившись на персонажа. Из этой системы координат вычищена любая сентиментальность, и, возможно, поэтому мнимо благостный хэппи-энд оставляет такое горькое чувство. Как будто тебе только что сообщили что-то невероятно важное, но ты не успел это толком понять, а фильм уже кончился. Казалось, два часа сорок минут — так долго, а ты и не замечаешь, как они пролетели.
