Хотя российские власти в лице Минэнерго и топ-менеджеров «Газпрома» продолжают публично декларировать, что для Nord Stream 2 нет никаких угроз, оператор проекта считает их более чем реальными.
Изменения европейского законодательства носят дикскриминационный характер, подчеркивает Nord Stream 2 AG. Компания подает иск в европейский суд общей юрисдикции с требованием отменить закон, принятый Европарламентом в апреле.
Тогда подавляющим большинством голосов( 465 за, 95 против при 68 воздержавшихся) парламентарии утвердили поправки, согласно которым нормы третьего энергопакета ЕС будут применяться и к морским газопроводам, приходящим в Европу из третьих стран.
Такие проекты, включая «Северный поток — 2», теперь должны соответствовать европейским нормам конкуренции: поставщик газа («Газпром») не может быть одновременно владельцем трубы, при этом доступ к мощностям газопровода должны иметь независимые добытчики.
Принятие поправок, которые еще в 2017 году предложила Еврокомиссия, более года блокировала Германия. Однако ситуация резко изменилась после вмешательства Франции, заявившей в феврале о «стратегических проблемах», которые добавит Nord Stream 2 в и без того напряженные отношения России с ЕС.
Попытка создать новую «лазейку» для второй ветки потока провалилась. Германия добивалась права вводить исключения из газовой директивы на том основании, что является страной, принимающей газопровод.
Однако в итоговой версии документа у Берлина осталось лишь право запросить такие исключения. А окончательное решение возможно только при одобрении со стороны Еврокомиссии.
Надежды «Газпрома» на то, что ротация кадров в Брюсселе, позволит избежать блокировки проекта, также не оправдались.
Новая глава Еврокомиссии, экс-министр обороны Германии Урсула фон дер Ляйен, на прошлой неделе фактически повторила позицию своего предшественника — поляка Дональда Туска.
Nord Stream 2 несет «угрозу чрезмерной зависимости от российских энергоносителей», заявила фон дер Ляйен, добавив, что диалог с Россией необходимо вести «с позиции силы», потому что «Кремль не прощает слабости».
Что касается Nord Stream 2, то правильным решением должно быть «разделение функций», так называемый анбандлинг (unbundling), заявила фон дер Ляйен: одна компания не может быть одновременно и поставщиком газа, и владельцем трубопровода.
Ввыполнить требования «Газпром» не в состоянии: лишь его месторождения подключены к «Северному потоку — 2», а кроме того, ни одна российская компания не имеет права на экспорт трубопроводного газа.
На практике это означает, что вторая ветка потока останется полупустой — «Газпром» сможет использовать лишь 50% мощности, предупреждали ранее аналитики «Атона». Это «может увеличить срок окупаемости и подорвать инвестиционную привлекательность проекта», считают они. В конечном итоге ограничения могут быть сняты, однако на это могут потребоваться годы, как произошло с газопроводом Opal.
