В начале 1960-х годов группа израильских экспертов была направлена в Иран, чтобы помочь восстановить пострадавший от землетрясения регион.
Ученый и политик Сафи Асфия известен как один из людей, отвечавших за ранние ядерные амбиции Ирана. Бакалавр в 16 лет, занявший первое место среди студентов страны по научным предметам, одним из первых отправленный Резой-шахом в Европу для обучения будущих иранских руководителей, в Париже он учился в Политехнической школе и Школе шахт. В 23 года стал самым молодым профессором математики и геологии в Тегеранском университете; в 1955 году назначен в «Организацию по планированию Ирана» советником; через пять лет стал ее директором.
«Организация» в лице Асфии обратилась в израильскую государственную корпорацию «TAHAL» – основанную в Тель-Авиве в 1952 году и известную разработкой одной из самых амбициозных систем ирригации ХХ века – с просьбой о всестороннем сотрудничестве в стратегическом планировании реконструкции региона. Эта работа должна была послужить моделью планирования и модернизации по всему Ирану. 6 января 1963 года в Тегеране был подписан контракт.
Выглядящие сегодня совершенно непостижимо отношения иранской «Организации» и TAHAL подробно описаны в официальной совместной публикации, хранящейся в Национальной библиотеке Израиля – двухтомнике, изданном на английском и персидском языках: «Разведывательный отчет по проекту развития района Газвин».
Отчет включает в себя копию официального письма, отправленного на имя Сафи Асфии руководителем израильской группы Элиавом, обширные данные опросов, подробные иллюстрации, шестилетний план развития района Газвин и описание процесса:
«Правительство Израиля направило группу архитекторов и техников, которые, работая под руководством иранского министерства сельского хозяйства, спланировали и восстановили полностью разрушенную деревню Хузнин. Правительство Ирана решило сделать серьезно поврежденный район Газвин предметом полной перепланировки с целью повышения уровня производства и уровня жизни его жителей».
Некоторое время команда TAHAL во главе с Элиавом находилась в Иране. Арье «Лёва» Элиав, он же Лев Лифшиц, имел большой опыт: руководил аналогичной миссией по оказанию помощи Израилю в Марокко в 1960 году.
Перед ними стояли четыре задачи:
1) провести общее обследование района для наилучшего планирования его развития;
2) подготовить для всей зоны землетрясения план строительства новых деревень;
3) внедрить новые сельскохозяйственные культуры и создать демонстрационные участки для обучения местных жителей;
4) обучить иранских инженеров.
С учетом сегодняшнего геополитического климата привлечение высокопоставленным иранским чиновником израильских экспертов для обучения иранских инженеров кажется чем-то необычайным. Подробности примечательны. Десятки израильтян и иранцев вместе жили в Газвине, работали, учились и путешествовали:
«Отрадно отметить тесные товарищеские отношения, сложившиеся между иранцами и израильтянами в результате совместных работы и жизни, поездок и рабочих обсуждений, а также – взаимной признательности, которая возникла между командами, стажерами и сотрудниками благодаря совместной работе над проектом».
Весной 1963 года израильская команда даже предложила избранным студентам Тегеранского университета специальный курс по геологии.
Теплые слова выходят за рамки протокольной вежливости:
«Хотелось бы подчеркнуть тот факт, что хотя израильские инженеры стремились делиться знаниями со своими иранскими коллегами, они сами также многому научились у иранцев и получили от них большую помощь. Сегодня нет никаких сомнений в том, что без преданной работы иранцев, как на местах, так и в офисе, израильская команда не достигла бы желаемых результатов».
В 1965 году к Сафи Асфии обратился «отец иранской ядерной программы» Акбар Э′темад – когда захотел, чтобы сам шах благословил начало программы.
Акбар Э′темад. Кадр из фильма «I, Akbar E’temad Split Atoms» («Я, Акбар Этемад, расщепляю атомы», Иран, 2011)
В 1966 году Асфия стал государственным служащим, – министром, затем заместителем премьер-министра, членом нескольких правительств, отвечающим и за ядерные разработки. В Иране им до сих пор восхищаются за компетентность, научную строгость и честность.
Сафи Асфия. Фото: annales.org
Хорошие израильско-иранские отношения и совместные работы по планированию и развитию продолжались до переворота 1979 года. При новом режиме Асфия был арестован. Пять лет он учил товарищей по заключению французскому языку, сам изучал итальянский, штудировал генетику и молекулярную биологию, ремонтировал часы и транзисторы. Известна история, когда он, сидя с завязанными глазами на допросе, предложил дознавателю помочь починить сломавшийся магнитофон. После освобождения он увлекся компьютерным программированием, осваивал самые сложные языки и разрабатывал сложные программы с безупречной логикой. Его наследие пережило политические потрясения.
Лёва Элиав в 1972 году возглавил еще одну операцию помощи Никарагуа. Позже он был депутатом пяти созывов кнессета от левых сионистских партий, генеральным секретарем лейбористской партии, заместителем министра торговли и промышленности и министра абсорбции в ряде правительств, стал кандидатом в президенты и лауреатом Премии Израиля за заслуги перед государством и обществом. 89-летний Элиав скончался в Тель-Авиве в 2010 году, всего через два года после смерти в Тегеране 92-летнего Сафи Асфии.
Партия Авода избирает нового генерального секретаря. Лёва Элиав выступает. Фото: IPPA, Национальная библиотека Израиля
* * *
Осенью 2017 года, спустя почти 55 лет после землетрясения в Газвине, сильное землетрясение вновь обрушилось на Иран. Подземные толчки ощущались даже в Тель-Авиве и Хайфе. Правительство Израиля предложило гуманитарную помощь.
Предложение было отклонено.
Мария Якубович
