Пока договориться не удается — поэтому переговоры в формате видеоконференции, изначально намеченные на 6 апреля, пришлось перенести на четверг, сообщили ТАСС два источника в делегациях.
Хота объем сделки — не менее 10 млн баррелей в сутки — не вызывает споров, «яблоком раздора» стали индивидуальные квоты, определяющие, сколько нефти должен убрать с рынка каждый участник.
Но, как рассказал Bloomberg знакомый с ходом переговоров источник, саудиты предлагают отсчитывать эти объемы от апреля — месяца, когда Эр-Рияд, Объединенные Арабские эмираты и Ирак резко нарастили добычу.
Саудовская Аравия увеличила производство в апреле с 9,8 до 12,3 млн баррелей в сутки. Таким образом, в рамках сделки ее добыча упадет до 9,3 млн баррелей, что всего на 0,5 млн ниже уровней начала марта.
ОАЭ увеличили добычу с 3 до 4 млн баррелей в день, а сократят до 2,5 млн (на 1,5 млн относительно апреля и 0,5 млн относительно марта). Ирак нарастил производство на 200 тысяч баррелей в апреле, а значит его квота из 1,5 млн баррелей в сутки превращается в 1,3 млн.
Россия же добычу к апрелю не наращивала (11,2 млн баррелей в день) и при таком формате соглашения будет вынуждена убрать все 1,5 млн баррелей ежедневной добычи.
Российская делегация настаивает на том, чтобы квоты на сокращение применялись к среднему объему за первый квартал, когда саудиты качали 9,8 млн баррелей в день, и пока разногласия сохраняются, говорит источник Bloomberg.
Из крупных экспортеров нефти в переговорах ОПЕК+ примут участие лишь Бразилия и Норвегия. Канада и США отказались участвовать в конференции, но дипломаты не оставляют попыток привлечь их в рамках «Большой двадцатки», министры которой обсудят нефтяной кризис в пятницу.
Американское участие в ОПЕК+ лоббируют крупные сланцевые компании, такие, как Pioneer Natural Resources, тогда как мейджоры отрасли, включая Exxon Mobil и Chevron, выступают против. Президент США Дональд Трамп в субботу пригрозил ввести пошлины на зарубежную нефть, а спустя день заявил, что не ожидает, что ему придется их использовать.
«Шансы на полноценную сделку, которая привела бы к реальному сокращению производства, невелики, но неформальные переговоры продолжаются. Администрация Трампа оказывает сильное политическое давление на (кронпринца) Мохаммеда бен Сальмана, чтобы тот показал, что королевство не пытается обанкротить американскую сланцевую промышленность», — говорит главный аналитик Energy Aspects Амрита Сен.
Что касается России, то ей важно, чтобы США приняли участие в общих усилиях, говорит глава Российского совета по международным делам Андрей Кортунов: это снизит для Путина риск показаться слабым.
Но цена, которую придется заплатить за участие, высока. Сократив добычу, Россия рискует ее уже не восстановить, либо это будет очень дорого, говорит аналитик Fitch Дмитрий Маринченко. Именно поэтому Москва всегда противилась сокращению: если заморозить скважины на истощенных советских и полярных месторождениях, с ними с большой вероятностью можно попрощаться.
Вряд ли Россия сократит добычу, как обещает, говорит бывший вице-президент «Славнефти» Дмитрий Перевалов: «Может быть, мы немного сократим, но никто не сможет этого проверить. Цена пойдет вверх, и это главное для всех».
