Фарес и Фирас Мухаммады большую часть юности провели в судах за воровство и бандитизм. Однако они решили в корне изменить свою жизнь и стать солдатами израильской армии.
Еще несколько лет назад арабы-близнецы из Восточного Иерусалима Фарес и Фирас Мухаммады были несовершеннолетними преступниками. Казалось, что их криминальное будущее предрешено. Однако сегодня братья являются уважаемыми бойцами легендарной бригады «Голани» Армии обороны Израиля, а Фарес вскоре станет командиром отделения.
«Мы ворвались на заправку в масках», — вспоминает Фарес, — у одного из нас был фальшивый пистолет. Мы схватили кассовый аппарат и побежали». Однако преступников быстро вычислили поймали с помощью камер видеонаблюдения. Затем был суд.
Приговор изменил жизнь братьев – Фареса отправили в «Нирим» – поселение для подростков из групп риска. Созданное выпускниками элитного военного подразделения «Шайетет 13» поселение занимается реабилитацией правонарушителей через развитие навыков выживания и навигации в дикой природе.
«Поначалу Фарес был очень агрессивен. Он столкнулся с расизмом со стороны подростков-евреев, некоторые бойкотировали его, считая террористом. Через 18 месяцев под его матрасом был обнаружен запрещенный нож», — рассказал сотрудник «Нирим» Идан Фридман.
«Я не уверен, что вытащил бы его и угрожал бы кому-то», — вспоминает Фарес. Но хотел быть готовым ко всему».
За это он был отстранен от занятий, однако Фридман на свой страх и риск предложил ему пройти пешим маршрутом от Эйлата на юге до кибуца «Дан» на севере страны. Фарес согласился. В течение семи недель он шел с юга на север с разными попутчиками.
«В пути не было телефона и интернета. Смотришь направо и слышишь свои мысли, смотришь налево – там тоже они. Куда бы ты ни шел, ты наедине с собой. В связи с этим возникает много важных вопросов, как например: «Хочу ли я продолжать жить как прежде?».
После этого, в 18 лет, Фарес решил призваться в ряды ЦАХАЛа. Как араб, он не был обязан служить. Менее 1% арабского населения Израиля служат в армии.
Арабы-мусульмане очень редко идут служить даже по собственному желанию, поскольку для них служба часто несет на себе социальное клеймо – многие арабы-израильтяне считают себя палестинцами – врагами Израиля, как ливанцы, сирийцы, иранцы и т.д. А значительная часть службы в боевых частях ЦАХАЛа – как правило, патрулирование палестинских территорий на Западном берегу.
На вопрос о том, почему он решил пойти добровольцем в армию, Фарес ответил, что в конечном итоге, речь идет о признании того, что Израиль сделал для него.
«Моя жизнь с детства была нелегкой, но это государство помогло мне и моей маме», — сказал он, — будь то благотворительные учреждения, интернаты, в которые я ходил. Служба в армии обороны Израиля – моя благодарность. Я живу в этой стране, и я люблю ее».
В то время, как Фарес был в «Нирим», Фирас продолжал нарушать закон и провел несколько месяцев в следственном изоляторе. Он сказал, что однажды разговор с матерью после того, как она, в очередной раз, вытащила его из тюрьмы, поставил его на путь исправления. Фирас пообещал ей, что изменится.
«Как долго это может продолжаться? Моя мама каждый раз приходила в суд и видеть меня в наручниках ей было тяжело и унизительно. Это навсегда отпечаталось в моей голове», — вспомнил он свои мысли.
Фирас сказал, что, когда он появился в военкомате Армии обороны Израиля, его, как араба-мусульманина с большим списком преступлений и насилия за плечами сразу послали для беседы с офицером-психиатром.
«Кабан («кацин бриют ха-нефеш» — военный психиатр – прим.ред.) сказал мне: «Я не вижу тебя в боевых частях, но ты можешь служить джобником», — вспоминал Фирас, — на что я ответил ему: «Слушай, я действительно хочу быть в боевых частях, я готов на все, просто позвольте мне служить».
В конце концов, братья убедили военное руководство и оба оказались в бригаде «Голани».
Религиозный солдат Амихай Тауб, который учится на курсах подготовки командиров вместе с Фаресом, отрекомендовал сослуживца так: «Сначала я думал, что будут проблемы – мы пришли из очень разных миров, но со временем понимаешь, что Фарес – это фантастический человек. Фарес отдаст свою жизнь за каждого из нас, и каждый отдаст свою жизнь за Фареса».
У Фираса также завязалась дружба с сослуживцами. «Фирас всегда на первом месте. Его все очень любят», — говорит командир его роты.
Семья же не поддержала выбор братьев стать солдатами ЦАХАЛа, сочтя это пятном для репутации семьи. Только мать поддержала близнецов.
После многих лет пребывания в исправительных учреждениях и судах, близнецы чувствуют, что служба – это их путь в израильском обществе.
В настоящее время Фирас служит в Хевроне уже 2,5 месяца. На вопрос, не тяжело ли ему там служить, как арабу, он ответил: «Я сам решил служить и считаю это правильным». Однако он добавил, что, когда его подразделение выезжает на аресты в городе, он закрывает лицо, так как в Хевроне у него есть дальние родственники и он не хочет вступать с ними в конфронтацию».
«Иногда бывает трудно, иногда я говорю себе – я был бы таким же как они, если бы мама не отдала меня в еврейский детский сад, но сейчас я счастлив, что мама поступила именно так. Иначе я не знаю, где был бы сегодня».
