(Блумберг) — Каждый день трейдеры в Лондоне собираются в 16:00, чтобы в течение получаса покупать и продавать североморскую нефть. В этом окне, как его называют в отрасли, разворачивается конкуренция между самыми влиятельными участниками рынка, которая определяет цену нефти Brent.
Два месяца назад каждый трейдер хотел продавать, и никто не хотел покупать. Теперь окно превратилось в «бычий» рынок, когда спрос превышает предложение в 10 раз, а цены растут.
«Физический рынок сильный», — сказал Бен Лакок, соруководитель отдела торговых операций с нефтью в Trafigura Group. Возобновившаяся сила «физического рынка» толкает вверх нефтяные контракты на биржах Лондона и Нью-Йорка.
Фьючерсы на West Texas Intermediate в пятницу превысили $40 за баррель. Ситуация была полностью противоположной два месяца назад, когда цены на индикативный сорт американской нефти впервые ушли в область отрицательных значений, поскольку нефтехранилища почти заполнились.
Кривая цен на нефть Brent показывает, что преобразовался и международный рынок: на прошлой неделе этот сорт оказался в так называемой бэквордации, когда нефть с ближайшими сроками поставок торгуется с премией к форвардным контрактам. Эта структура является ярким признаком того, что нефтепереработчики, которые столкнулись с исчезновением спроса на их продукцию во время самоизоляции, теперь готовы платить немалые деньги, чтобы обеспечить поставки на свои заводы.
Растущий спрос
«Видно, что спрос растет каждую неделю», — сказал Марко Дюнан, соучредитель крупной нефтетрейдинговой компании Mercuria Energy Group Ltd.
Согласно официальным данным, спрос на нефть в Китае вернулся к допандемическим уровням. Он по-прежнему ниже в таких странах, как Италия и Испания, которые сильно пострадали от коронавируса, но быстро восстанавливается в других странах, включая Индию, Японию, Францию и Германию.
Опасность для рынка пока не миновала. Во многих странах еще разгорается первая волна пандемии, а Китаю пришлось принять решительные меры на прошлой неделе, чтобы избежать второй волны в Пекине.
Сохраняющееся влияние вируса на повседневную жизнь проявляется в неравномерном восстановлении нефти. Бензин восстанавливается быстрее, поскольку люди предпочитают ездить на своих автомобилях и избегают общественного транспорта. А дизельное топливо, которое больше зависит от бизнес-цикла, поскольку используется в промышленности и перевозках грузов, отстает, в то время как мировая экономика скатывается в рецессию. Спрос на авиатопливо остается почти таким же низким, каким он был в разгар коронавирусного кризиса.
Исторические сокращения
Потреблению нефти необязательно восстанавливаться полностью, до тех пор пока Саудовская Аравия, Россия и другие страны ОПЕК+ продолжают резко сокращать добычу. Альянс забрал с рынка примерно 10-ю часть предложения, в то время как объемы производства в США и Канаде тоже резко сократились.
Дефицит, созданный Организацией стран-экспортеров нефти и ее союзниками, подтолкнул цены к необычайно высоким уровням даже в Европе — на континенте, где карантины только постепенно отменяются.
В конце марта флагманский экспортный сорт РФ Urals продавался в странах Северо-Западной Европы с дисконтом в $4,60 за баррель к Brent. Сейчас нефтепереработчики покупают этот сорт с максимальной почти за 10 лет премией в $1,55.
Резкие сокращения ОПЕК+ означают, что даже сейчас, находясь в ослабленном состоянии, мировая экономика, вероятно, потребляет примерно столько же нефти, сколько добывает. Если ОПЕК+ удастся заставить каждую страну придерживаться своих квот на добычу, а спрос продолжит расти, мир может вскоре начать потреблять больше нефти, чем он добывает.
Лишь немногие трейдеры ожидают увидеть баррель по $50 в этом году. Но еще меньшее тех, кто считает вероятным возвращение к сверхнизким ценам в апреле, когда Brent упала до $15,98 за баррель.
«Рынок нефти впервые за несколько месяцев обретает стабильность, — сказал в интервью Лакок из Trafigura. — При цене в $40 за баррель мы можем торговать на несколько долларов дороже или дешевле. Но впервые за несколько месяцев появился диапазон».
