«Я нахожусь в своем мифическом доме, но у меня нет этому доказательств, я не могу возражать, не дерзаю верить себе… Не говоря на иврите, я наслаждаюсь своим законным молчанием». Именно так еврейско-канадский певец, автор песен и поэт Леонард Коэн описал свое прибытие в Израиль осенью 1973 года, незадолго до начала войны Судного дня.
В то время Коэн жил на греческом острове Гидра со своей подругой Сюзанной Элрод и их общим сыном Адамом. Для него это был довольно несчастный период жизни; и он внезапно решил улететь в Израиль. В неопубликованной книге «Последний пересмотр моей жизни в искусстве» Коэн писал: «…потому что между нами так ужасно, я пойду и остановлю египетские пули».
В Израиле Коэн не знал никого. Случайные знакомые по самолету предложили ему остановиться у их родственников в Герцлии. По словам его биографа Айры Нэдела, в израильский период Коэн имел ряд кратких отношений с несколькими женщинами, но часто проводил вечера, одиноко блуждая по улицам Тель-Авива.
Однажды певцы Ошик Леви, Матти Каспи и Илана Рубина сидели в популярном кафе Pinati, когда Леви заметил в углу человека, невероятно похожего на Леонарда Коэна. Леви подошел, с изумлением выяснил, что это действительно международная знаменитость. Коэн сообщил, что хочет стать волонтером в кибуце, чтобы помогать собирать урожай, пока местные уроженцы воюют.
Улыбаясь, музыканты объяснили, что сейчас не время урожая, сказали, что собираются отправиться в Синайскую пустыню с «агитбригадой» и предложили Коэну присоединиться. Он колебался, приводя кучу доводов против: он пацифист, у него нет гитары, его песни грустны и едва ли улучшат моральный дух. Но в конце концов согласился.
Илана Рубина, Матти Каспи и Леонард Коэн на Синае
Певец был популярен в Израиле, хотя всего год назад публично высказал проарабские политические взгляды. Но теперь в интервью газете «Давар» он заявил: «Я присоединяюсь к своим братьям, сражающимся в пустыне. Мне все равно, справедлива ли их война или нет. Знаю только, что война жестока, что она оставляет кости, кровь и грязные пятна на святой земле». Коэн объяснил перемену позиции: «Еврей остается евреем. Сейчас война, и в рассуждениях нет необходимости. Меня зовут Коэн, разве нет?»
О своем опыте с израильскими музыкантами на Синае Коэн рассказал в интервью, которое год спустя дал Робину Пайку из журнала Zigzag: «Мы заскакивали в тайные места, например, на ракетные комплексы, ребята светили нам своими фонариками, и мы пели несколько песен. Или они давали нам джип, и мы ехали вдоль дороги – и там, где мы видели нескольких солдат, ожидающих вертолет или что-то в этом роде, мы пели несколько песен. И, может, на авиабазе мы устраивали небольшой концерт, иногда с усилителями. Это было очень неформально, и, знаете ли, очень интенсивно».
Один из самых популярных музыкантов Израиля Матти Каспи аккомпанировал Коэну на классической гитаре. Он также выступал в качестве переводчика всякий раз, когда Коэн говорил несколько слов своим слушателям – измученным войной солдатам. В записи «Армейского радио» можно услышать, как Коэн предваряет свой популярный хит «Сюзанна» словами: «Эти песни слишком тихи для пустыни. Они должны звучать в комнате, где рядом женщина и есть что-нибудь выпить. Где, я надеюсь, вы все будете очень скоро».
На своем сайте Каспи вспоминает, как они стали играть вместе знаменитую впоследствии песню Коэна «Lover, Lover, Lover» («Любимая») во время их выступлений: «Он написал текст и мелодию буквально на сцене во время выступления для солдат, и с каждым выступлением улучшал ее». Последняя ее строфа звучит так:
Пусть дух этой песни
Взлетит чисто и свободно,
Пусть он будет щитом для вас,
Щитом против врага.
Каспи рассказывал: «Я помню сюрреалистическое действо в аэропорту Рапидим. Мы увидели приземление самолета «Геркулес», из него как будто вылились десятки солдат. Им было приказано сесть на взлетно-посадочную полосу, и я аккомпанировал Коэну, когда он пел «Птицу на проводе». Когда песня закончилась, солдатам было приказано садиться на грузовики, направляющиеся к Суэцкому каналу. Сразу после этого приземлился еще один «Геркулес», и сцена повторилась с точностью до ноты». Коэн и Каспи провели так целый день.
Вечером музыканты сами сели на последний грузовик и направились на запад. Они пересекли Суэцкий канал, захваченный солдатами ЦАХАЛа под командованием генерал-майора Ариэля Шарона, который десятилетия спустя станет премьер-министром Израиля. «Потом мы помогали доставлять раненых солдат к вертолетам. Это были те же самые солдаты, которым мы пели всего несколько часов назад».
Двойственное отношение Коэна к войне и самому Шарону видно в его рассказе о встрече с генералом: «Я знаком с великим полководцем – «Львом пустыни». Я спросил у него: «Как ты смеешь?» Он не раскаивается. Мы пьем коньяк, сидя на песке в тени танка. Я хочу его работу».
Ариэль Шарон на Синае
Опыт певца во время войны Судного дня стал источником вдохновения для его следующего альбома «Новая кожа для старой церемонии», выпущенного в августе 1974 года. В дополнение к «Lover, Lover, Lover» в альбом вошли также песни «Полевой командир Коэн», «Есть война» и «Кто в огне», песня, известная по мотивам пиюта, исполняемого в Йом Кипур и Рош-Хашана – «Унетаннех Токеф» («Давайте поговорим об удивительности»).
Песня Who by fire («Кто в огне»):
Коэн рассказал Пайку об эмоциональном воздействии, которое война на него оказала: «…ты увлекся этим. И пустыня прекрасна, и вы думаете, что ваша жизнь имеет смысл на мгновение или два. И война прекрасна. Никто не обманывает. Каждый несет ответственность за своего брата. Чувство общности, родства и братства, преданность».
Леонард Коэн продолжит выступать в Израиле до конца своей жизни в ноябре 2016 года.
Фото, использованные в статье: Ури Дан, коллекция Farkash Gallery
