Поступления нефтегазовых налогов — 1,224 трлн рублей за январь-февраль — по-прежнему остаются на 15% ниже прошлогодних, несмотря то, что цена барреля штурмует 70 долларов. Сказывается сокращение добычи в рамках ОПЕК+ и еще более резкое падение экспорта, достигавшее 20% по итогам февраля.
Но недобор сырьевой ренты государство успешно компенсирует ударной стрижкой ненефтегазового сектора экономики и налогами на потребление. По итогам двух месяцев бюджет собрал на 35% больше НДС (743 млрд рублей) и на 23% больше налогов на импорт (571 млрд рублей).
В результате суммарные доходы оказались всего на 2% ниже прошлогодних.
Гигантский дефицит, сопоставимый с показателями пика кризиса 2020 года, возник из-за резкого увеличения расходов в феврале, следует из данных Минфина: в минувшем месяце бюджет потратил на треть больше, чем получил от налоговых сборов, — 1,84 трлн рублей против 1,25 трлн.
Февральские расходы взлетели на 25% год к году, причем преимущественно по социальным статьям, что, вероятно, было связано с протестной активностью, говорит главный экономист Альфа-банка Наталия Орлова.
В попытке залить деньгами общественное недовольство после массовых митингов в поддержку Алексея Навального власти на 85% взвинтили расходы на программы поддержки населения: 472,2 млрд рублей было выделено по статье «социальное обеспечение» и еще 203,9 млрд на выплаты семьям с детьми.
Одновременно вдвое выросло финансирование ЖКХ, до 108 млрд рублей. Наконец, подавление протестов потребовало дополнительных вливаний в силовые структуры. Расходы на «нацбезопасность» и правоохранительную деятельность» в феврале выросли до 165 млрд рублей с январских 128 млрд.
Экономить власти решили на здравоохранении, финансирование которого рухнуло в 1,9 раза, до 183 млрд рублей.
Резкий рост расходов стал сюрпризом, если учесть, что годовой план предусматривает их сокращение на 10%, говорит Орлова. Скорее всего, «скачок был временным, и чем сильнее расходы в начале года, тем жестче будет их сокращение в конце», добавляет она.
Деньги из бюджета, поступающие в экономику поддерживают экономический рост, но одновременно становятся фактором, разгоняющим инфляцию, говорит главный экономист ING по России и СНГ Дмитрий Долгин.
По итогам февраля Росстат зафиксировал ускорение роста потребительских цен до 5,7%, а на 12 марта до 5,8% — нового рекорда с конца 2016 года.
