Глава службы контроля ядерной безопасности Организации Объединенных Наций заявил, что Иран обогащает уран до уровней, которых достигают только страны, стремящиеся создать атомное оружие. И что ядерная программа Исламской Республики больше не может быть возвращена на тот этап, на котором она находилась, когда было заключено знаковое соглашение 2015 года с мировыми державами, сообщает «The Times of Israel».
«Обогащение урана на 60% — это очень серьезная вещь – этого уровня достигают только страны, производящие бомбы», — заявил глава Международного агентства по атомной энергии Рафаэль Гросси в интервью «Financial Times», опубликованном 26 мая и цитируемом агентством «Reuters». «60% — это почти оружейный класс, обогащение для коммерческих нужд – 2,3%», — заявил он. «Это степень, требующая бдительного ока». Хотя Гросси признал, что Иран имеет право развивать свою ядерную программу, он предупредил о последствиях того, что она зайдет слишком далеко. «Вы не можете поместить джинна обратно в бутылку», — отметил он, имея в виду проверки, проводимые наблюдателями ООН. «С учетом изощренности, достигнутой Ираном, «вам нужна действительно сильная, очень надежная система проверок», — заявил он.
Замечания Гросси прозвучали после того, как мировые державы возобновили переговоры с Ираном, чтобы спасти соглашение 2015 года, ограничивавшее иранскую ядерную программу, в обмен на снятие санкций. С тех пор США вышли из договора, применив санкции, после чего Иран начал публично отказываться от своих обязательств по соглашению. Нарушения, совершенные Ираном после выхода США из соглашения, включают значительное повышение чистоты и количества обогащаемого урана, что эффективно сокращает так называемое «время прорыва», необходимое для создания атомной бомбы. Иран заявляет, что не хочет создавать атомную бомбу, настаивая на том, что его ядерная программа предназначена только для гражданских целей.
Хотя Запад опасается, что обогащенный уран может быть использован, чтобы помочь Тегерану потенциально получить атомную бомбу, американские спецслужбы заявили, что они «полагают, что Иран в настоящее время не предпринимает мер по разработке ядерного оружия … необходимых для создания ядерного устройства». Гросси предсказал, что даже если соглашение о ядерной программе будет возобновлено, иранскую ядерную программу не удастся вернуть в состояние 2015 года, потому что она уже далеко продвинулась. «Иранская программа выросла, стала более сложной, поэтому простой возврат к 2015 году больше невозможен», — заметил Гросси. «Что вы можете сделать, так это удержать их активность ниже параметров 2015 года».
25 мая мировые державы начали пятый раунд переговоров с Ираном, направленных на возвращение США в соглашение о ядерной программе, при этом обе стороны выразили надежду, что это может быть заключительный раунд переговоров. Переговоры в Вене начались на следующий день после того, как МАГАТЭ заключило в последний момент соглашение с Тегераном о продлении на месяц действия соглашения о камерах наблюдения на ядерных объектах Ирана. Этот вопрос не имел прямого отношения к продолжающимся переговорам по соглашению о ядерной программе, известному как Совместный всеобъемлющий план действий или СВПД, но, если бы Иран не согласился, это могло бы серьезно осложнить обсуждение. США не принимают непосредственного участия в переговорах, но американская делегация во главе со специальным посланником президента США Джо Байдена по Ирану Робом Мэлли побывала в австрийской столице. Представители других вовлеченных держав – Германии, Франции, Великобритании, России и Китая – курсировали между американцами и иранцами, чтобы способствовать непрямым переговорам.
В 2018 году тогдашний президент Дональд Трамп в одностороннем порядке вывел США из соглашения, заявив, что оно недостаточно масштабное и требует пересмотра. В рамках кампании «максимального давления» Трамп вновь ввел санкции против Ирана, чтобы вернуть Тегеран за стол переговоров. Санкции подорвали экономику Ирана, но иранское правительство отказалось возобновить переговоры и вместо этого приняло ответные меры, медленно и неуклонно нарушая ограничения на его ядерную деятельность, изложенные в СВПД. Эти шаги были направлены на то, чтобы оказать давление на другие вовлеченные стороны, пока безуспешно, чтобы они создали стимулы для компенсации санкций США.
Байден, который был вице-президентом во время переговоров по первоначальному соглашению, заявил, что он хочет, чтобы США снова присоединились к нему, но что Иран должен вернуться к полному соблюдению. Иран настаивал на отмене всех американских санкций, введенных при Трампе, включая меры, которые были приняты в ответ на действия, не связанные с ядерной проблематикой.
25 мая в Иерусалиме госсекретарь США Энтони Блинкен поддержал решение о возобновлении сотрудничества с иранцами и заявил, что США держали Израиль и других партнеров в курсе переговоров на протяжении всего процесса.
Израиль выступил против усилий по возобновлению соглашения о ядерной программе, заявив, что в нем нет адекватной процедуры, чтобы помешать Ирану разработать ядерное оружие. Израиль намекнул, что он может действовать в одиночку, нанося военный удар по ядерным объектам Ирана. Несмотря на нарушения Ираном СВПД, другие вовлеченные страны подчеркнули, что соглашение по-прежнему важно, поскольку оно позволяет инспекторам Международного агентства по атомной энергии продолжать наблюдение за ядерными объектами Ирана. Непрерывность этого наблюдения находилось под угрозой до тех пор, пока МАГАТЭ 24 мая не заключило соглашение с Ираном.
