Накануне визита президента Украины Владимира Зеленского в США эксперты Атлантического совета обсудили перспективы украинской победы и окончания войны
«Думаю, Запад всё еще не верит, что Украина может вернуть Крым без того, чтобы в мире началась некая ядерная война, – говорит Мелинда Харинг (Melinda Haring), заместитель директора Евразийского центра Атлантического совета. – Мы боимся России, мы слишком боимся России. Не так много информации из правительства и администрации, поэтому приходится делать предположения. В целом, я думаю, что советник по национальной безопасности и президент убедили сами себя, что Россия намного страшнее, чем она есть на самом деле».
Джон Хербст (John Herbst), директор Евразийского центра Атлантического совета, посол США в Украине в 2003–2006 годах, согласен с этой точкой зрения: «Это тем более удивительно, – добавляет он, – что мы были гораздо твёрже по отношению к Советскому Союзу, который был куда более опасен чем маленькая путинская Россия». Джон Хербст считает, что именно переоценка российской военной опасности удерживает США от поставок в Украину «более совершенных видов вооружений: дальнобойных средств, танков, самолетов F-16 и тому подобного – всего того, что нужно Украине, чтобы остановить эту войну быстрее, чем она продвигается к своему завершению сейчас».
В этой связи симптоматично название экспертной дискуссии в Атлантическом совете: «Как Украина может не допустить зимнего тупика?»
В среду, 21 декабря Владимир Зеленский лично выступит перед американскими законодателями. Мелинда Харинг уверена в «очень твёрдой двухпартийной военной поддержке Украины на Капитолийском холме». Она считает, что республиканцы, к которым в новом году перейдёт большинство в Палате представителей, согласны с необходимостью поставок оружия Киеву и будут продолжать придерживаться этой позиции.
«Но что меня действительно волнует, – добавляет Харинг, – так это поддержка украинского бюджета в новом году. Я не уверена, что администрация Джо Байдена смогла убедительно объяснить избирателям и законодателям, что такое бюджетная поддержка Украины и почему она необходима. Она составляет сегодня девять с половиной миллиардов долларов, которые США выделили для поддержания на плаву украинского государственного бюджета. Это деньги, которые идут на оплату школ, пенсий, больниц: это абсолютно необходимо. Но я боюсь, мы увидим усиление давления на Белый дом, чтобы давать меньше».
Генерал-лейтенант в отставке Бен Ходжес, старший советник неправительственной организации Human Rights First и бывший командующий силами США в Европе в 2014 года – 2017 годах, остановился на оперативной обстановке на фронте: «ВСУ продолжают наносить серьёзные потери российским войскам, которые атакуют в районе Бахмута. Этот населённый пункт не имеет заметной военной значимости, но, похоже, русские всё равно решили сделать из него место демонстрации своей боеспособности».
Кремль превратил Бахмут в «какой-то личный, символический или психологический пунктик, – считает Ходжес. – К сожалению, из-за этого гибнут тысячи людей».
Бен Ходжес серьёзно относится к мнению, высказанному украинскими военными, что Москва надеется начать новое наступление «со стороны Беларуси или где-то еще с севера в надежде еще раз попытаться взять Киев, либо, по крайней мере, заставить Украину отвлечь ресурсы от основного направления на Мелитополь и Крым».
Задача деоккупации Крыма представляется генералу Ходжесу волне реальной в военном отношении: «Есть только два сухопутных пути в Крым: Керченский мост и сухопутный коридор» от Мариуполя, мимо Бердянска и Мелитополя. Украина уже способна наносить удары по обоим путям.
«Если попытаться пробить танковым клином российскую оборону в районе Мелитополя, как это было сделано в 1943 году на Перекопском перешейке, то многие другие проблемы будут сразу решены». В какой-то момент Крым станет просто неприемлемым для продолжения военного присутствия, считает генерал, и российская армия будет вынуждена его покинуть.
«Думаю, это единственный способ освободить полуостров, – заключает Ходжес. – У Москвы возникнут непреодолимые проблемы со снабжением».
Генерал Ходжес согласен с оценкой Мелинды Харинг, касающейся решимости Запада: «Прошло десять месяцев войны, но многие до сих пор не могут преодолеть последнее маленькое препятствие для победы: действительно ли мы хотим, чтобы Украина победила безоговорочно? Единственная проблема в том, что слишком много людей в Вашингтоне, включая и Пентагон, хоть и желают видеть Украину победительницей, почему-то не верят в то, что она способна заставить русских покинуть Крым. Зато они почему-то верят в реальность ядерной эскалации со стороны Путина… Этот нарратив надо сменить, иначе ситуация зайдёт в тупик».
Андрей Загороднюк, научный сотрудник Евразийского центра Атлантического совета, министр обороны Украины в 2019–2020 годах, добавляет несколько штрихов к характеристике противника: «Мы видим фундаментальные проблемы в российских вооруженных силах, которые не могут быть решены за месяц или год. Наверное, нынешний режим не сможет их решить вообще. Российские вооружённые силы крайне слабы в многовекторных ситуациях, у них сверхцентрализованный процесс принятия любых решений… Да, они всё ещё представляют угрозу, и будут пытаться добиваться успеха, не жалея ресурсов, понимая, что если они не получат результат, то уйдут со сцены».
Ключевым фактором быстрого завершения войны Загороднюк считает предоставление Киеву систем вооружения большей дальности, так как в настоящий момент пределы досягаемости в основном составляют 85 километров (боевой радиус установок M-142 HIMARS), противник же размещает свои ресурсы за пределами стокилометровой зоны. Опасения Запада по поводу предоставления Украине наступательных вооружений Загороднюк отводит в принципе: «Давайте не забывать, что для Киева это с самого начала оборонительная война. Поэтому всё, что делает Украина – это лишь различные методы обороны».
