Государственная программа развития вооружений РФ до 2020 г. потерпела крах. Поставленная конечная цель — достичь доли 70-80% современных типов вооружений и военной техники в общем объеме — оказалась блефом, необходимым для распила военного бюджета
Воровство с опережением графика
Итак, все закупки вооружений в Российской Федерации происходят в рамках Государственной программы развития вооружений (ГПВ), которая принимается раз в 10 лет. Ныне действует ГПВ-2020, подписания Путиным 31 декабря 2010 г. Согласно официальным данным военное ведомство должно получить за эти годы 19 трлн руб. Озвучивая объем финансирования ГПВ-2020, Путин в свое время казал, что ему «даже страшно произносить эту цифру».
Действительно, объем финансирования предыдущей ГПВ, рассчитанной на 2006–2015 гг., составил около 5 трлн руб. И она была провалена, как уже провалена нынешняя. По словам российских экспертов, из-за неверного «распределения» финансирования: предполагалось, что большую часть средств российские военные получат во вторую пятилетку, а их успели разворовать в первую.
Ожидалось, что на вооружение поступят пять бригад оперативно-тактических ракетных комплексов «Искандер», 116 новых боевых самолетов, 156 вертолетов различных типов, 18 дивизионов зенитных ракетных комплексов С-400, 24 надводных корабля разных классов, семь атомных подводных лодок проекта 955 «Борей» и еще шесть нестратегических подводных лодок. Между тем, как написал «Коммерсантъ», де-факто российские военные к началу 2011 г. получили одну бригаду «Искандеров», 22 боевых самолета, 60 вертолетов, четыре дивизиона С-400, два надводных корабля, одну стратегическую атомную подводную лодку («Юрий Долгорукий», на вооружение не принята) и ни одной нестратегической подлодки. Провальное выполнение предыдущей программы и заставило Кремль утвердить новую на пять лет раньше.
Как утверждается в ГПВ-2020, ее конечной целью является увеличение доли новой техники, принятой на вооружение, с 10 до 70–80%. При этом некоторые рода войск, например зенитные ракетные войска ВВС РФ, планировалось обновить на 100%.
Главным приоритетом должны были остаться стратегические ядерные силы (СЯС), на которые планировалось израсходовать около 2 трлн руб. В частности, в программе записано создание новой жидкостной межконтинентальной баллистической ракеты, которая должна придти на смену устаревшим РС-20 и РС-18.
Планировалось построить восемь стратегических атомных подводных лодок проекта 955 «Борей», а также профинансировать разработку нового стратегического бомбардировщика (перспективный авиационный комплекс дальней авиации, ПАК ДА). Развитие СЯС предполагало также укрепление наземной ракетной группировки и модернизацию стратегической авиации — дальних бомбардировщиков Ту-95 и Ту-160.
В части перевооружения ВВС программа подразумевала закупку свыше 700 новых самолетов и около тысячи вертолетов, в том числе порядка 400 ударных. В частности, военные летчики должны были получить истребители Т-50, Су-35С, МиГ-35, фронтовые бомбардировщики Су-34 и штурмовики Су-25СМ, а также транспортники Ил-76 и Ан-70. Что касается вертолетов, то армия должна была получить новые ударные Ми-28Н, Ми-28НМ «Ночной охотник», Ка-52 «Аллигатор», транспортно-боевые Ми-8АМТШ, транспортные Ми-8-МТВ-5, Ми-26, «Ансат» и некоторые другие.
Оперативно-стратегическое командование Воздушно-космической обороны, действующее в составе ВВС РФ, должно было получить десять дивизионов зенитно-ракетных комплексов С-500. Разработка этого ЗРК должна была завершиться в 2013 г. Ожидалось, что серийное производство комплексов начнется в 2014-м, а российские военные начнут принимать их на вооружение с 2015-го. Кроме того, зенитно-ракетные войска должны были пополниться 56 дивизионами ЗРК С-400, которые призваны были заменить половину стоящих на боевом дежурстве комплексов С-300.
Что касается российского флота, то для него до 2020 г. планировалось закупить сто надводных и подводных кораблей, включая 16 многоцелевых подводных лодок, восемь стратегических АПЛ, 35 корветов и 15 фрегатов.
Проблемы с зависимостью
То, что ГПВ-2020 будет сорвана, стало окончательно понятно после введения санкций против РФ. Начались подсчеты, сколько всего импортного придется заместить своим. У вице-премьера Дмитрия Рогозина подсчитали, что узлы и комплектующие из стран НАТО и ЕС применяются в 640 образцах российской военной техники, в основном в радиоэлектронике и оптике. Замминистра обороны Юрий Борисов, отвечающий за военно-техническое обеспечение Вооруженных сил, в июле 2015-го доложил Путину, что к 2025 г. «спланировано к импортозамещению 826 образцов вооружений и военной техники». Если сравнивать эти две оценки с комментариями экспертов, то ближе к истине вторая, — замещение комплектующих должно коснуться не менее 800 образцов вооружений и спецтехники, а всего речь идет не менее чем о десятке тысяч конкретных изделий. Импортозамещение — очень сложная задача, о чем говорят итоги 2016 г.: по полному циклу по комплектующим изделиям из стран НАТО и ЕС выполнено за год замещение в семи образцах техники из 127 запланированных.
В связи с санкциями также рухнули и планы закупки импортной техники и вооружений. Наиболее показательна в этом плане нашумевшая история с «Мистралями».
Сильный удар по российской оборонке нанес разрыв производственных связей с Украиной.
Российские военные судостроители оказались в критической зависимости от николаевского научно-производственного комплекса газотурбостроения «Зоря» — «Машпроект» — одного из трех мировых монополистов по производству корабельных газотурбинных двигателей для военных кораблей.
Именно под николаевские газотурбинные двигатели были спроектированы серии кораблей российского ВМФ: сторожевые корабли проекта 11356, фрегаты проекта 22350, многоцелевые эсминцы проекта 21956. До весны 2015 г. россияне не верили, что николаевцы не будут сотрудничать с ними, поэтому не выделяли государственное финансирование на импортозамещение. С лета того года начались попытки перенести производство газотурбинных двигателей М75РУ и М70ФРУ на рыбинское НПО «Сатурн», которое самостоятельно способно выпускать турбины вдвое меньшей мощности, чем николаевские. В январе 2017-го «Сатурн» изготовил первые морские газотурбинные двигатели установочной партии. При этом продолжается приобретение оборудования, необходимого для организации серийного производства, то есть первые серийные двигатели флот увидит не ранее чем в конце 2018 г.
В авиационной сфере серьезной проблемой для российского ВПК также стали украинские двигатели — прежде всего, конечно, вертолетные ТВ3-117, ВК-2500 и Д-136 различных модификаций, которыми оснащаются боевые, военно-транспортные, транспортные и гражданские вертолеты Ми-8, Ми-14, Ми-17 и Ми-171. Еще после Оранжевой революции, в 2005 г. (на тот момент 95% российских вертолетов оснащались двигателями украинской корпорации «Мотор Сич») россияне попытались запустить программу импортозамещения, однако первые вертолетные двигатели, полностью собранные из российских комплектующих, стали серийно производиться только в 2014-м. Причем их качество и характеристики были ниже, чем у запорожских. Поэтому и после начала агрессии против Украины россияне изо всех сил стремятся сохранить связи с «Мотор Сич», находя понимание у почетного президента предприятия Вячеслава Богуслаева. В открытых источниках можно найти информацию о серой схеме сотрудничества через Беларусь, где созданы дочерние структуры «Мотор Сич» на базе Оршанского авиаремонтного завода. Кроме того, «Мотор Сич» создала в России несколько технических центров, таких как ООО «Борисфен-Авиа» или ООО «Авиаремонт-МС», которые ремонтируют до половины от общего объема двигателей украинского происхождения, эксплуатирующихся в России. Как полагает издание «Русский Викиликс», работать с россиянами Богуслаеву помогает дружба с советником президента РФ по вопросам региональной и экономической интеграции, уроженцем Запорожья Сергеем Глазьевым.
Не все просто в сфере авиационных вооружений: киевский завод «Арсенал» производил инфракрасные (тепловые) головки самонаведения для российских ракет ближнего боя класса «воздух-воздух» Р-73, которые являются штатным боеприпасом основных российских боевых самолетов МиГ-29, Су-27 и всех их модификаций. Запасов ракет на складах хватает, но заменить пока нечем. Можно, конечно, просто продлевать срок хранения, что и будет делаться, но со временем это начнет сказываться на уровне боеспособности ВВС.
Ядерная триада
По состоянию на начало 2016 г. РФ располагала в общей сложности 1800 боеготовыми стратегическими ядерными зарядами наземного, морского и воздушного базирования. Ракетные Войска Стратегического назначения (РВСН) располагали 299 стационарными и мобильными пусковыми установками межконтинентальных баллистических ракет, рассчитанными на доставку к цели до 900 ядерных зарядов. Это 57% пусковых установок и 50% всех стратегических боеголовок, которыми располагает РФ.
Техническая модернизация РВСН предусматривала, что ракеты старых образцов (РС-12М, РС-19Б и РС-20В) будут постепенно сниматься с вооружения. При этом считалось, что к 2020 г. таких ракет в строю должно остаться всего 5%. Однако реальный темп перевооружения (10-15 ракет в год) оказался низким и вряд ли за ближайшие три года удастся наверстать упущенное время.
Опять-таки, сказывается разрыв связей с Украиной: в 2021-2022 гг. заканчивается срок эксплуатации жидкотопливных межконтинентальных баллистических ракет «Воевода» (производства ПО «Южмаш»), причем производитель отказалась продлевать ресурс этих МБР и осуществлять их обслуживание.
В целом окончание гарантированного 20-летнего срока безопасной эксплуатации комплексов РТ-2ПM «Тополь», УР100Н УТТХ и Р-36M2 «Воевода» может завершиться их быстрым снятием с вооружения до 2021 г. и расформированием ряда ракетных полков, если не целых дивизий.
Сухопутные войска
Самые большие надежды российские военные с начала 2000-х возлагали на принципиально новый танк Т-14 «Армата». Однако первые демонстрационные образцы, которые прокатили на параде по Красной площади в мае 2015 г., показали, что до серийного производства и принятия на вооружение еще очень далеко. Кроме того, оказалось, что танк выходит в три раза дороже модифицированных Т-90 и в несколько раз дороже самых современных западных танков. Поэтому вместо несостоявшейся новинки МО РФ пришлось закупать устаревшую машину — все тот же Т-72 и его модификации, ведущие свою родословную от проекта 1967 г. и вооруженные все той же пушкой проекта конца 60-х.
С большой помпой представленные пару лет назад новые линейки бронетехники — «Курганец» и «Бумеранг» — так и остались сырыми проектами на стадии испытаний. Так что российские сухопутные войска встретят 2020 г. все на тех же БМП-2 и БТР-80 родом из 1970-х.
Согласно ГПВ-2020, также предполагалась поставка 2000 самоходных артиллерийских установок. На деле же выпуск новейшей самоходки «Коалиция-СВ» ограничился десятком машин и основой парка самоходных установок остались «Мста-С» (600 машин проекта 1980 г.) и «Акация» (800 машин проекта 1967 г.).
С другой стороны, к 2020 г., а то и раньше, российская армия точно получит долгожданные 10 бригад ОТРК «Искандер». В ноябре 2016-го 119-й отдельной ракетной бригаде 41-й общевойсковой армии Центрального военного округа в Капустином Яру был передан девятый комплект.
Авиация
Основным истребителем ВКС РФ к 2020 г. собирались сделать Су-35С при поддержке первой в ВКС машины пятого поколения Т-50 (перспективный авиационный комплекс фронтовой авиации, ПАК ФА), но все мечты (а иным словом это не назовешь) разбились о суровую реальность. ПАК ФА фактически остался лишь пиар-проектом, а темпы производства Су-35С оставляют желать лучшего и уже никак не достигнут запланированных ранее 120 единиц. МО РФ тоже вынуждено было скорректировать свои заказы и по состоянию на осень 2016 г. заключило контракт на 98 машин со сроком окончания поставок к 2020 г. К слову, Су-35С фактически является модернизацией Су-27 – машины, восходящей к советскому проекту начала 1970-х.
То же касается и другой машины на базе Су-27 — Су-30, которую, видимо, сегодня решено сделать бюджетной альтернативой застопорившегося проекта ПАК ФА. Поначалу предполагалось закупить всего 60 таких машин, но де-факто их уже более 100. С этим самолетом другая проблема – низкое качество производства. В частности, индусы, купившие в свое время 210 этих машин, не скрывают своего недовольства надежностью самолета. В декабре 2015-го в докладе независимых аудиторов агентства Comptroller and Auditor General, который был представлен в индийском парламенте, говорилось, что эксплуатационная готовность Су-30МКИ страдает из-за большого количества неисправностей, низкого уровня обслуживания и невысокого налета.
Третий распространенный истребитель на вооружении россиян — Миг-29. Из около 200 машин этого типа (всех модификаций) — только 78 бортов новой постройки. В том числе 34 машины — плод скандального «алжирского контракт», когда заказчик забраковал целую партию самолетов, которые ВКС РФ позже взяли себе на вооружение. Остальные Миг-29 выработали свой ресурс настолько, что модернизировать их просто не имеет смысла. Частично заменить их планировали на МиГ-35, который сегодня пребывает лишь на начальной стадии испытаний, и сроки начала его серийного производства более чем туманны. Разумеется, ни о какой партии в 30 машин к 2020 г. не может идти речи.
Основу парка армейской вертолетной авиации, как и прежде, составляют машины семейства Ми-8. Заменить их фактически не на что. Проект Ка-60 (снова привет из 80-х) намертво застопорился. Из запланированных 100 машин осилить удалось считанные единицы. О серийном производстве опять-таки речь не идет.
Что касается боевых вертолетов нового поколения Ка-52 и Ми-28, общее количество которых к 2020 г. ожидалось в районе 350 единиц, то темпы их производства говорят о срыве планов и сроков. На конец 2016-го в строю было около 90 машин.
Флот
На переоснащение военно-морского флота планировалось выделить 26% от общих затрат на ГПВ-2020. При этом на момент утверждения программы, как писали российские военные эксперты, был закрыт вопрос о создании флота океанской зоны и глобальном проецировании военно-морской мощи — строительство авианосцев, крейсеров и эсминцев в рамках ГПВ–2020 не планировалось. Между тем особое значение придавалось оснащению флота восьмью атомными подводными ракетоносцами «Борей» и восьмью новыми атомными многоцелевыми подводными лодками «Ясень», способными наносить удары по целям на суше и море крылатыми ракетами большой дальности».
В итоге из восьми ПЛАРБ типа «Борей» российский флот получил только три лодки. Причем две — «Юрий Долгорукий» и «Александр Невский» — были готовы к 2011 г., однако не принимались в боевой состав из-за проблем с основным вооружением — твердотопливной баллистической ракетой «Булава».
То есть фактически с 2011 по 2017 гг. в Северодвинске была построена всего одна лодка. Учитывая нынешний темп строительства, к 2020 г. вряд ли ВМФ РФ получит еще более чем одну лодку.
Что касается «Булавы», то ее разработка ведется с 1998 г., причем она в значительной степени была унифицирована с ракетой наземного базирования «Тополь-М». Однако до конца 2016 г. неудачными оказались 10 из 30 пусков.
План постройки восьми атомных подводных лодок «Ясень» был сокращен до шести субмарин, но и он не выполнен — ни одна лодка не вышла даже на этап испытаний, а одна и вовсе не заложена. Из восьми многоцелевых подлодок флот получил только две, а еще четыре лодки даже не заложены.
Из 15 фрегатов (проекты 22350 и 113556) флот получил лишь два, один из которых почти сразу отправили в ремонт из-за аварии, еще два ныне находятся на разных стадиях испытаний, а строительство пяти кораблей даже не началось. Из 25 запланированных корветов (проекты 20380, 20385, 20386) флот не получил ни одного.
Завязнув в долгостроях подлодок и так и не найдя ресурсов для крупнотоннажных кораблей типа эсминцев, ВМФ РФ пошел по пути небогатых стран. Ныне основу надводной части нового флота РФ составляет «москитный флот» — малые корабли различного назначения. На начало 2017 г. в строю числится 26 малых противолодочных кораблей, 19 малых ракетных кораблей, 4 малых артиллерийских корабля и 29 десантных катеров.
Закономерный итог
Итак, ГПВ- 2020 потерпела крах. Поставленная конечная цель — достичь доли 70-80% современных типов вооружений и военной техники в общем объеме — оказалась блефом, необходимым для распила военного бюджета.
И дело не только в том, что разработка принципиально новых образцов вооружения сорвана по разным причинам.
Ни к 2020 г., ни, вероятнее всего, десятилетием позже россияне не будут преимущественно вооружены чем-то более грозным, чем техника советских образцов и их более современных модификаций.
Сегодня уже в полной мере сказывается серьезный кризис 1990-х, когда на развитие вооружений не выделялось даже минимальных средств, что повлекло деградацию производственного потенциала. Сегодня Россия отстает в технологиях не только от стран — членов НАТО, но и Китая. Впрочем, это не мешает бонзам военно-промышленного комплекса действовать по накатанному сценарию — пилить военный бюджет и время от времени демонстрировать общественности красивые опытные образцы новой техники в качестве доказательства мощи российской армии.
Между тем в цивилизованном мире военные в погоне за бюджетами раздувают «русскую угрозу» до небес. Политики тоже охотно эксплуатируют эту тему, пугая мирных обывателей и получая голоса на выборах. В общем, все при деле.
