Guardian анализирует попавшие в распоряжение газеты секретные правила и руководства «Фейсбука», в соответствии с которыми определяется, что могут и что не могут публиковать на своих страницах 2 миллиарда пользователей. Эти правила, убеждена газета, вызовут широчайшие глобальные дебаты о роли и этики гигантской соцсети.
Свыше 100 внутренних документов дают беспрецедентный доступ к правилам, в соответствии с которыми «Фейсбук» модерирует такие острые темы, как насилие, разжигание ненависти, терроризм, порнография и причинение себе вреда.
Есть даже отдельные правила, касающиеся договорных матчей и каннибализма.
Из документов следует, что модераторы «Фейсбука» перегружены работой, нередко на принятие решения у них «не более 10 секунд».
«Фейсбук» больше не в состоянии контролировать свой контент. Он слишком быстро вырос до непомерно огромных объемов», — признается один из источников внутри корпорации.
Многие модераторы недовольны непоследовательностью и странным характером некоторых правил. Особенно сложными и запутанными являются правила, касающиеся сексуального контента.
В соответствии с одним из документов, в «Фейсбук» еженедельно поступает 6,5 млн сообщений о ложных аккаунтах, так называемых FNRP (fake, not real person), то есть фейк-аккаунтов, за которыми не стоит реальный человек.
Содержащие тысячи слайдов и иллюстрацией правила и руководства могут с одной стороны вызвать критику в том, что нынешний «Фейсбук», как крупнейший в мире издатель, должен уделять больше внимания удалению насильственного, вредного и опасного контента.
С другой стороны, эти же правила могут стать основанием критиковать «Фейсбук» с позиций свободы слова за то, что он превратился, по сути дела, в крупнейшего в мире цензора.
Обе стороны, считает газета, по всей вероятности, сойдутся в том, что «Фейсбук» нуждается в большей прозрачности.
Guardian приводит некоторые примеры правил, с которыми она ознакомилась. Так, в частности, сказать: «Кто-нибудь, пристрелите Трампа!» нельзя, потому что как глава государства он находится в специально охраняемой категории. В то же время сказать: «Чтобы свернуть суке шею, всю силу нужно приложить к центральной части горла» или же «Отвали и сдохни!» вполне допустимо, так как подобные высказывания не считаются реальной угрозой.
Снятые на видео сцены насильственной смерти считаются нарушением, но в то же время не все из них нужно обязательно удалять, так как они могут повышать осведомленность людей о таких важных проблемах, как психические расстройства.
Некоторые сцены не связанного с сексом физического насилия — в том числе и среди детей — не подлежат удалению, если в них нет элемента садизма и восхваления.
«Сделанные вручную» изображения наготы и сексуальных действий допускаются, в то время как изготовленные цифровым образом сцены сексуальных действий — нет. Видеоизображения абортов допустимы, если в них нет наготы.
Владелец аккаунта с числом подписчиков свыше 100 тысяч признается «публичной фигурой» и лишается в полной мере защиты, которая предоставляется частным лицам.
Эмоционально окрашенные угрозы, типа «убью тебя!» допускаются до тех пор, «пока нет серьезных оснований предполагать, что эта угроза реальна и может перейти к прямому действию».
Моника Биккерт, глава отдела глобальной политики Facebook, признает, что добиться единых правил для 2 миллиардов пользователей по всей планете очень трудно.
«Как бы тщательно ты ни проводил разграничительные линии, всегда будут оставаться «серые зоны», — говорит она. — В частности в том, что касается сатиры и юмора. В зависимости от контекста одно и то же высказывание может быть допустимым или нет».
Все чаще раздаются голоса, требующие, чтобы в отношении «Фейсбука» применялись те же правила, которые действуют в отношении бумажных СМИ и издательств.
В то же время Биккерт говорит, что Facebook — новый тип компании. «Это не традиционная технологическая компания и не традиционное СМИ. Мы создаем технологию и чувствуем ответственность за то, как она используется. Мы не пишем те новости, которые люди читают на нашей платформе».
